Ко мне летит подруга, спрашивает, какая в Ереване погода и нужно ли брать зонт, потому что в прогнозах дожди. А дождей нет, но небо выглядит при этом так, как будто это вопрос времени. И я думаю, человек летит из другой страны, впервые. Наверняка захочет каких-то сувениров, продуктов отсюда увезти, может ещё чего. Чемодан не резиновый, правила хорошего тона диктуют сказать: конечно, не бери, я дам тебе свой. Проблема только в том, что у меня нет зонта уже примерно лет десять.

Однажды я села, посчитала, сколько потеряла их за жизнь, ужаснулась и приняла решение больше не покупать. Потому что мокнуть я буду в любом случае, но без зонта хотя бы бесплатно. У меня были старые советские кондовые зонты. В нулевых у меня были китайские зонты цвета металлик, которые вообще не держали форму и от ветра их выворачивало наизнанку. У меня были подарочные зонты Эйвон и Орифлейм, зонты-малыши, который складывались до размеров шариковой ручки (и от дождя помогали примерно как шариковая ручка), американские зонты из секондов, прозрачные виниловые зонты-куполы. Я потеряла их все!

И вот, что интересно, зонт – это уникальный предмет, который никто никогда тебе не вернёт. Мне даже айфон потерянный возвращали несколько раз, а зонт – никогда. И если дать его человеку дойти до дома в дождь, тоже никогда. Человек потом скажет: а? Какой зонтик? Серьёзно, ты давал? Ну я поищу потом.

Когда-то мы с бабушкой разбирали шкафы и сундуки. И нашли прабабушкин зонтик. Это была такая длинная трость, с очень красивой костяной ручкой. Непромокаемых пластиковых тканей в то время ещё не изобрели, автоматических механизмов тоже, поэтому купол был сшит из плотной светло-серой материи, которую нужно было несколько раз красиво обернуть и надеть сверху мягкую металлическую пружину. Этот зонт был у прабабушки тридцать лет. Можете себе представить? Я – нет. Тридцать лет!

Я крутила в руках этот зонт и представляла прабабушку с ним. Как она надевала своё серое пальто, берет, ботинки, брала этот зонт и шла по делам или в гости. В помещении закрывала зонт и вешала костяной ручкой себе на локоть, а дома аккуратно расправляла, чтобы как следует просушить, такая ткань наверняка сохла долго. Потом плотно его сворачивала рулетиком, надевала сверху пружину, несла в прихожую и вешала на край галошницы. Всё это спокойно, не суетясь, потому что раньше люди вообще меньше суетились. У них жизнь была как-то медленнее и основательнее.

Бабушка сказала: хочешь возьми, если тебе нравится. Она была бы рада, что ты будешь с ним ходить.

Это был единственный зонт, который я не потеряла. Потому что я так и не решилась его взять.