А вы тоже читали «10 уютных хорроров для сёрфинга» и «7 пьес, под которые легче дышится маткой»?

Ненавижу списки и рейтинги! Если их составил кто-то без меня.

Курс «Прощай, русская литература!» я собрал по личной схеме:  одно десятилетие – один писатель – один его лучший рассказ. Список ооочень субъективный – мы пишем свободную, не-школьную и не-государственную историю русской литературы.

Он постоянно меняется – свежую версию студенты получат накануне курса. 

А пока –  я отправил свою лесную помощницу поговорить с книжными блогерами, и они собрали для вас самые странные книги минувшего века. Две из списка я даже не читал – а вы?


🌵 1910-е: «Злые духи», Евдокия Нагродская

Мила, хозяйка канала Гахвех в твоем стакане:

Главные персонажи романа постепенно теряют себя в недомолвках и алкогольном дурмане. В центр повествования поставлена фигура злодея, а не героя, который, следуя готической традиции, рушит жизнь наивной, влюбленной в него девушки.

🌵 1920-е:«Мы», Евгений Замятин

Люба, хозяйка канала book📖нутая:

Написано сложным для восприятия «математическим» языком. Герои схематичные и не вызывают переживаний. Праотец антиутопий, книга, с которой нужно начинать знакомство с жанром, а иначе можно разочароваться. 

🌵 1930-е:«Котлован», Андрей Платонов

Хозяйка канала Книги Птицы Поиски: 

Антиутопия в декорациях масштабной стройки. Судьбы героев приносятся в жертву грандиозным планам системы. Вычурный язык, смешение канцеляризмов и приемов отстранения, сатира на СССР времен первой пятилетки.

🌵1940-е:  «Дракон», Евгений Шварц

Катя, хозяйка канала ПРОчтение по любви:

Гротескная притча о страшном драконе, что живёт не в пещере, а в головах и душах привыкших повиноваться людей. Триста лет бок о бок с драконом и вот уже свобода становится непосильной ношей, а место под крылом чудовища — самым привычным и безопасным.

🌵 1950-е:«Новейший Плутарх: Иллюстрированный биографический словарь воображаемых знаменитых деятелей всех стран и времен», Даниил Андреев, Василий Парин, Лев Раков

Соня, хозяйка канала Ленивый читатель:

Однажды поэт и философ, учёный-биолог и историк-искусствовед написали «вымышленную» энциклопедию о никогда не существовавших личностях. Создавали «прото-псевдо-докуфикшн» на рубеже 50-х будучи заключенными. Так, чудом сохранившаяся рукопись литературной мистификации, в 90-х годах выйдет тиражом чуть ли не в 65 тысяч экземпляров. А насколько «псевдобиографический цикл» с аллюзией к «Сравнительным жизнеописаниям» Плутарха для вас странен — каждый определит сам.

🌵1960-е: «Шатуны», Юрий Мамлеев

Маша, хозяйка канала Ненадежный читатель:

Как картины Босха, только книга: гротеск, сюрреализм, духовные искания в царстве смерти.

🌵1970-е:«Москва — Петушки», Венедикт Ерофеев

Ксеня, хозяйка канала персонажи вымышлены:
 
Алкогольный трип на электричке из Москвы в Петушки, вмещающий в себя харизматичных попутчиков, библейские аллюзии, философию, абсурд и русскую тоску. Пьяный бред? — спросите вы. Да, но какой.

🌵 1980-е:«Град обреченный», Аркадий и Борис Стругацкие

Надя, хозяйка канала Поле Пшеницы:

Философский роман об эксперименте, в котором участвуют люди разных стран и эпох. Никто не знает, в чем заключается суть исследования и кто его проводит; но в городе постоянно всё меняется - от социальных ролей горожан до местоположения зданий. 

🌵1990-е:«Книга теней», Евгений Клюев

Оля, хозяйка канала Не читай за едой!  

Древнегреческие мифы, Шварц и Москва 80-х? Почему бы и да. Постмодернизм здорового человека про ворона Марка Теренция Варрона, надежду и бессмертную любовь.

🌵2000-е:  «Пир», Владимир Сорокин

Юля, хозяйка канала Литературное беспутство: 

Стилистический эксперимент в виде сборника рассказов, который взбудоражил читателей своей провокативностью как по форме, так и по смыслу. Каждый текст оборачивается не тем, чем кажется.

🌵 2010-е:«Петровы в гриппе и вокруг него», Алексей Сальников

Лиза, хозяйка канала Язык приготовила 

Культовая абсурдная история про российскую семью, заболевшую гриппом, их инфернальные хтонические видения и затесавшийся среди героев Аид обеспечили роману невероятную популярность. Теперь это первая книга, которая приходит на ум при слове «странный».