Одним из уроков этой войны для меня стало понимание того, как устроена большая механика социальных систем.

Вот есть у нас такое сословие — "силовики". Люди в погонах. Туда относят и военных, и собственно разные службы. Это люди, семьи, определённый антропотип, с некими представлениями о моделях успеха в выбранной сфере — назовём это "продвижением по службе".

В 22-м значимая часть этого сословия, а точнее корпорации (в средневековом значении слова) отправилась воевать. И из армии, и из служб. Значимая, но далеко не вся. И которая пошла, делала это по разным мотивам, у кого-то патриотическим, но у значимой части вполне прагматическим: там будут платить, там можно быстрее продвинуться-по-службе, "и жена, наконец, перестанет пилить, что уже год не можем купить новый холодильник". Многих поубивало или ранило, но которые выжили, действительно получили и награды, и прибавку в деньгах, и новые звания, а иные так и в депутаты пошли, ибо "время героев" и "на СВО новая элита".

А теперь посмотрите на это глазами тех людей в погонах, кто (по тем или иным причинам) не пошёл. И, в особенности, их жён.

Простая механика: двое знакомых, один пошёл по военке, другой, к примеру, в органы. В мирное время у второго было как будто бы даже и получше, но война всё изменила. Теперь второй уже полковник, а первый так и сидит у себя в регионе в майорах. С соответствующим диспаритетом и в доходах, и вообще в качестве жизни. Ну и вздохи дома каждый раз, когда приходит получка.

И возникает очень сильная мотивация тоже к звёздам. Но, понятное дело, уже не на войне — там-то скорее смерть найдешь, чем карьеру. А в своём собственном качестве.

И та часть силовой корпорации, которая не борется с врагами внешними, начинает с утроенной энергией бороться с врагами внутренними. В чём-то это даже хорошо — когда, например, наконец-то двинулись дела по коррупционным статьям или начали крутить гайки по мигрантам. Но в то же время и блокировки, и цензура, и истории вроде дела Юры Ускова — из той же оперы.

Один из бесчисленных проверяльщиков, пришедших к моему коллеге по дронопрому в одном западносибирском городе, так прямо и сказал в доверительном разговоре: если мы у вас совсем ничего не найдём — значит мы плохо работаем. Так что давайте найдём вместе что-то, чтоб и вам не сесть, и нам отчитаться.

А теперь представьте, в данном контексте, какое количество борцов с внутренними врагами кормит одним своим существованием, например, Павел Дуров.

Ну и в продолжении введём в эту модель ещё одну переменную.