Теперь моя личная позиция. По пенсионной реформе у меня её особо не было — не настолько хорошо разбираюсь в государственных финансах, чтобы судить компетентно. Но по блокировкам — есть; тут я чуть лучше понимаю и технический, и управленческий, и силовой аспекты вопроса.

Во-первых, я НЕ считаю, что Дуров прав и что всё это просто "силовой отжим" темы в пользу привластного госкорпа. Госкорпорация тут — инструмент, причём один из, ключевой же мотив — силовой контроль, а вовсе не захват рынка. И, более того, вынужден признать, что у позиции "служб" есть твёрдый фундамент: воюющая страна не может позволить себе ситуацию, при которой самый массовый коммуникационный сервис не находится в правовом периметре государства. Ситуация, при которой мы всей страной должны молиться на то, чтобы некто Павел Д. в следующий раз не загремел по глупости во французскую ментовку, а даже загремев, проявил достаточную твёрдость к "предложениям сотрудничества" — это в принципе неправильная ситуация.

Иными словами, к самой постановке задачи — контроль государства над цифровыми сервисами — у меня вопросов нет. Она сама по себе является вполне обоснованной и разумной. Но дальше тут как с СВО: цели — правильные, а вот средства и методы хромают — именно потому, что не достигают этих самых целей. Проще говоря, вопрос не в том, что начали войну, а в том, что до сих пор никак не можем победить.

Поэтому моя критика не про то, "зачем" приняты эти решения, а про то, "как" они реализуются. Тут достаточно просто: нужно провести операцию трахеотомии, но скальпеля под рукой не нашлось, есть только кувалда — ну, значит, давайте оперировать кувалдой. Результат немного предсказуем.

Ключевой разрыв в понимании — что у проблемы есть не только техническое, юридическое и силовое, но и политическое измерение. Эффективное решение поставленной задачи требует получения осознанного согласия лояльного большинства, и этого согласия необходимо было добиваться именно политическими способами, как минимум — "проводить разъяснительную работу". То, что это не тот случай, когда на вопрос "почему" можно отвечать "по кочану", должно быть наконец осознано. Коммуникативных инструментов, доступных начальству для донесения позиции, под рукой более чем достаточно и сейчас. Вопрос в том, почему их до сих пор не посчитали нужным использовать.

Скажу больше. Наше общество, в целом, гораздо более мудрое, зрелое и терпимое, чем кажется начальству, предпочитающему либо вообще ничего не объяснять, либо сообщать истории про то, что детей в капусте находят, потому что "они ж как дети и всё равно ничего не поймут". Как раз про СВО все в итоге всё правильно поняли — заметьте, весной 22-го происходили совершенно другие процессы в том же обществе (кстати, к полной неожиданности врагов, искренне надеявшихся на массовый протест нетвойнистов). И это при том, что качество шедших сверху объяснений и тогда тоже трудно было назвать приемлемым, особенно поначалу. Но вот как-то же разобрались.

Но было бы неправильно понять меня так, что, мол, "всё правильно делают, только пиар плохой". Делают тоже неправильно; это отдельный разговор, возможно, требующий отдельного поста, хотя я про это раньше уже писал. Вкратце, поставленная задача могла быть решена другими средствами, с куда меньшим сопутствующим ущербом, но тогда надо было потратить на это несколько больше сил и времени, а главное, действовать в логике "сеть против сети", а не "система против сети". Сейчас же самый политически опасный из полученных долгосрочных эффектов — то, что в результате борьбы уже даже не с Телегой, а с vpn запустились низовые процессы самоорганизации на микроуровне — взаимопомощь людей в освоении средств обхода блокировок, появление повсюду множества организованных групп для решения этой задачи. Не нужно быть политтехнологом, чтобы предсказать "сетевые эффекты" этого процесса, особенно в преддверии выборов в Госдуму.