Как реагировать на кощунство? И реагировать ли?

Из дискуссии на круглом столе фестиваля "Вера и Слово" по Телеграм-повестке

Протоиерей Александр Авдюгин, Донбасс @avdjugin:
Я живу в той местности, где когда-то Святейшего Патриарха Тихона спросили, как поступать в гражданскую войну: отпеваем ли и тех, и других, и белых, и красных? Патриарх сказал, что отпевайте всех, но колокольного звона быть не должно – ни по тем, ни по другим… Вот я живу в той местности, где меня это напрямую касается, я сталкиваюсь с этим…
И вот если спроецировать на Телеграм… Понимаете, мы часто бьём в колокола, когда нужно бы промолчать, особенно на православных наших ресурсах, пабликах, которые мы ведём. Начинаем комментировать людей изначально антицерковных или тех, кто над нами куражится. Мы бьём в колокола, где нужно просто тихо, спокойно помолиться, а не поднимать хай на весь мир, увеличивая, тем более, им читателей… Особенно это касается каналов, которые ведут священники… Когда начинается обсуждение откровенного кощунства в Телеграм-каналах священников, мы еще и ссылочку даём на этот паблик, - мы теряем здесь, много теряем… Поэтому давайте аккуратнее. Лучше все-таки будем молиться и о тех, и других, а в колокола бить всё время не надо.

Вахтанг Кипшидзе @angry_opposum:
Дело в том, что если мы игнорируем то кощунство, которое происходит в публичном пространстве, то та норма, которая защищает нас от кощунства, как-то защищает достоинство верующих людей, рано или поздно прекратит своё существование. Так было со многими правовыми нормами, которые существовали в западных странах…
Ведь там существовала намного более развитая система защиты достоинства верующих и веры как таковой. Но поскольку в один прекрасный момент местное общество, в том числе и религиозное сообщество, решило, что оно не будет на это реагировать, то богохульство, клевета, надругательство над священными символами проходили спокойно, без общественной реакции, и все эти нормы мало-помалу прекратили свое существование. И теперь общество живет в условиях полной и безответственной способности просто надругательства над религиозными ценностями… Я вот, честно, не хотел бы, чтобы это наступило у нас.

Анна Шафран @annashafran:
Это всё действительно так - мы, в какой-то степени, помогаем распространятся тому негативу, который существует в отношении нас. Но с другой стороны, я абсолютно убеждена, как человек, который в профессии уже 20 лет, который знает, как работают вот эти механизмы распространения информации, - я понимаю точно, что это открывает окно Овертона, тот момент, когда происходит некое кощунство, а мы не реагируем. Вахтанг Владимирович, я здесь хотела бы вас поддержать.
Я глубоко убеждена: если мы не реагируем на какие-то вопиющие случаи, это для наших оппонентов в общественном поле означает одну простую вещь: так, мы попробовали здесь – прошло; можно дальше двигаться. А дальше можно еще что-нибудь более ужасное совершить. Снова молчание? Отлично, мы еще совершим какой-нибудь более ужасный шаг. Таким образом мы можем, к сожалению, попасть в ситуацию, когда уже нарастет такой ком проблем и каких-то ужасов, с которыми бороться будет уже невозможно. И мне кажется, что здесь, наверное, необходимо выработать какой-то понятный механизм реагирования, но не реагировать на кощунство точно нельзя…
Мы понимаем, как, например, открывались окна Овертона в отношении такого явления как гомосексуализм, и к чему мы пришли – к полной абсолютно легализации, первое. Но сейчас они уже пытаются в маргиналы записать нас – людей, которые придерживаются традиционной повестки и консервативных взглядов. То есть, они не удовлетворились тем, что получили, и идут дальше… В Финляндии, например, сегодня под угрозой уголовного преследования находится местный епископ лютеран и депутат финского парламента, женщина, которые откровенно изложили свою позицию относительно ЛГБТ-повестки, …что брак – это союз мужчины и женщины. Так вот, сегодня им грозит не просто уголовное дело, но и тюремный срок.
-1-