Почему капибара так называется?

Чтоб вы понимали, название «капибара» - это слово на мёртвом языке. Когда-то на нём говорили в Бразилии, но увы, нашествия цивилизации он не вывез.

Племена, давшие имя всемирно знаменитой свинке, и сами назывались очень лампово: тупи. Если для вас это звучит недостаточно релаксно, можно использовать другой вариант – тупинамба. Звучит уже здорово, не правда ли? Тупи-тупи-тупинамба – и уже хочется раскачиваться в бразильских ритмах. Увы, придется слегка обломать вам кайф: в названии племени ударение стоит на последнем слоге: тупИ или тупинамбА. Блин, весь ритм сломали. Кстати, если вы вспомнили топинамбур, то таки да: этот корнеплод был назван именно по этому племени. Иронично, что сами тупи топинамбур не выращивали – но зато они были наиболее многочисленным племенем на побережье Бразилии во время её колонизации европейцами. Шутка ли – около миллиона человек в начале 16 века! Ну а поскольку для европейцев они оказались самыми известными индейцами, то и новый овощ стал ассоциироваться именно с ними, без лишних заморочек.

В европейской традиции язык называется так же, как и племя. А сами тупи, которые, конечно же, как и все мы когда-то, были уверены, что они единственные и настоящие люди, именовали свою речь «аба-нхеенга» – ‘человеческий язык’. Или ещё, как вариант, «нхеенгату»– ‘хороший язык’ и «нхеендыба» – ‘общий язык’. Кстати, насчёт общего они в принципе угадали. В тот самый период колонизации, когда массы людей, говорящих на португальском должны были как-то контактировать с массами людей, говорящих на различных индейских диалектах, тупинамба стал именно тем общим языком, благодаря которому все эти люди хоть как-то понимали друг друга. Такое явление называется «лингва франка»: когда какой-то язык, не являющийся родным ни одному из участников, становится для них общим в силу своей распространенности. Например, если русскоязычный человек приедет, скажем, в ту же Португалию и начнёт объясняться с местным жителем на английском, то для них обоих английский будет лингва франка. Так вот, в 15-16 веках таким общим языком для всех стал именно этот.

Язык тупи считается полисинтетическим – это значит, что к одному слову добавляются кусочки-слоги, которые так сильно расширяют его смысл, что в итоге слово становится монстром, способным выразить смысл целого предложения. Например, в таком же полисинтетическом эскимосском можно произнести слово «igdlo-ssua-tsia-lior-fi-gssa-liar-qu-gamiuk», которое сотоит из элементов «дом-большой-довольно-изготавливать-место-быть-идти-велеть-когда.он.его» – и это будет означать ‘велев ему пойти туда, где строился довольно большой дом’. Вот и слово на тупи «pe-akã-tym» состоит из компонентов «вы-камень-закопать» и означает соответственно ‘вы закапываете камень’. Интересно, что прошедшее время в этом случае не отличается от настоящего, так что на самом деле непонятно, закапываете вы камень или уже закопали (а вот в древнем варианте русского языка наоборот – настоящее не отличалось от будущего). Да и вообще не факт, что это был один камень, а не много, потому что категории множественного числа в этом языке тоже не было. Зато категория времени могла у них распространяться на существительные! Вот вы можете сказать «фрукт» в будущем времени? А тупи могли. Если ybá – это просто ‘фрукт’, то ybá-pûera – это ‘бывший фрукт’, а ybá-rama – ‘будущий фрукт’. В конце концов всё прибывающие европейцы стали доминировать в языковом пространстве, и к 18 веку тупинамба окончательно исчез. Но он оставил после себя множество следов в языке современной Бразилии, создав по факту бразильский вариант португальского языка. Ну и оставив нам несколько названий – тукан, ара и капибара, конечно.

А что там вообще с капибарой? Слово ka’apiûara состоит из элементов kaá (трава) + píi (тонкий) + ú (есть, питаться) + ara (тот, кто что-то делает) и соответственно означает ‘тот, кто ест тонкую траву’.