Кажется, наше путешествие уже давно перестало быть просто поездкой на несколько дней, и я окончательно перестал понимать, где именно мы будем завтра. Сначала был Краков, потом Испания, потом мы решили, что раз уж оказались в Европе, почему бы не посмотреть ещё несколько мест. В итоге я пишу это сейчас и понимаю, что за последнее время успел побывать в таком количестве городов и стран, в которых раньше даже не представлял себя, что скоро начну путать, где именно что происходило. Но из всего этого я точно запомню Францию. Особенно один вечер.Мы оказались в Париже практически спонтанно. Я уже даже не помню, кто первым предложил туда поехать, потому что в какой-то момент разговор просто перешёл от «а куда дальше?» к «ну тогда Париж». И вот мы там. Вокруг люди, машины, кафе, какие-то музыканты на улицах, огромное количество туристов, и я почему-то первое время просто смотрел по сторонам и пытался осознать, что действительно нахожусь там. Наверное, странное ощущение, когда место, которое ты столько раз видел на фотографиях, вдруг оказывается перед тобой настоящим. Только фотографии почему-то вообще не передают того, насколько всё вокруг живое. А потом был тот самый вечер возле Эйфелевой башни. И вот это уже было не просто прогулкой. Мы долго ходили, пока наконец не остановились недалеко от неё. Было уже темно, вокруг горели огни, люди постоянно проходили мимо, кто-то фотографировался, кто-то сидел на траве, кто-то просто смотрел наверх. Я сначала вообще не знал, что сказать. Наверное, потому что всё выглядело слишком красиво и немного нереально. Ульяна тоже какое-то время молчала, что для неё довольно необычно. Она просто стояла рядом со мной и смотрела на башню. Потом повернулась ко мне и спросила, нравится ли мне. Я сказал, что да. Она улыбнулась и почему-то сказала, что рада. И всё. Никакого большого разговора. Никаких заранее придуманных слов. Просто мы вдвоём стояли там, и почему-то именно этот момент запомнился мне сильнее всего. Наверное, это и было свидание. Если называть вещи своими именами. Мы не договаривались, что это будет свидание, не строили каких-то особенных планов и не пытались сделать из этого что-то невероятное. Просто гуляли, потом сидели рядом, разговаривали обо всём подряд, смеялись над какой-то ерундой и иногда просто молчали. Но если меня сейчас спросят, было ли мне хорошо, я даже думать не буду. Да. Мне вообще кажется, что за эту поездку я начал ценить именно такие моменты. Не обязательно самые красивые места или какие-то огромные события. Иногда достаточно просто сидеть рядом с Ульяной и смотреть куда-нибудь вдаль. Она может рассказывать какую-нибудь историю, которую я уже слышал, потом резко перескочить на совершенно другую тему, потом начать строить планы на следующие несколько дней, а я буду просто слушать. И почему-то мне этого хватает. После Франции мы двинулись дальше и оказались в Италии. И я уже начинаю подозревать, что Европа специально пытается проверить, сколько фотографий способен сделать человек за одну поездку. Потому что здесь буквально каждая улица выглядит так, будто её специально подготовили для фотографии. Старые здания, узкие улицы, площади, кафе, огромное количество людей. Я даже не знаю, сколько раз за последние дни мы останавливались просто потому, что Ульяна увидела красивое место и решила, что нужно сфотографироваться. И я не против. Хотя иногда она заставляет меня фотографировать её по десять раз, потому что первые девять фотографий ей «не нравятся». Я не понимаю, что именно не так с девятой фотографией, но предпочитаю не спорить. В конце концов, я хочу вернуться домой живым. Италия мне тоже понравилась. Особенно еда. Я думал, что уже привык к тому, что во время путешествия мы постоянно что-нибудь пробуем, но здесь Ульяна вообще перестала останавливаться. Паста, пицца, десерты, какие-то вещи, названия которых я даже не пытался запомнить. Иногда я просто соглашался попробовать, а потом сидел и думал, почему мы не едим это дома. Хотя, наверное, часть удовольствия как раз в том, что ты ешь это именно здесь. Мы много гуляли вечером.