Forwarded from Илья Латыпов. Простые разговоры о душе (Илья Латыпов)
#общие мысли
Всякий раз, когда я возвращаюсь из жизни в диких условиях в город, мне бросается в глаза одна особенность: насколько сильно отличается моя способность к концентрации внимания там (на природе) и здесь, в городе. Я как будто получаю легкую форму СДВГ (или, как сейчас говорят, РДВГ) – мне сложнее задерживать внимание на длинных текстах, что-то долго слушать, долго чем-то одним заниматься, в том числе и писать тексты, не прерываясь на соцсети, телеграмм и т.п. А каждое отвлечение требует потом минут 10-15 восстановления прежнего уровня концентрации. И даже в выходные в городе – та же картина. И фоново ощущается это давление тревоги, подталкивающей меня: делай что-нибудь, делай, делай… Какая-то культура отвлечения… И при этом праздность, пассивность, неторопливость – подчеркну, даже в выходной – это все равно ощущается как трата времени. И ничего подобного нет, когда живу в палатках на море: и внимание устойчивое, и неторопливое, и нет никакого давления, побуждающего это внимание постоянно переключать. У меня телефон там выключен, и нет желания в него лезть. Иными словами – одними личностными особенностями это явление не объяснишь. Дело в окружающим поле феноменов, на которое безо всякого моего сознательно-волевого решения реагирует психика, как часть этого поля.
Несколько лет назад в одном из зоопарков, куда ходили семьей, я увидел белого медведя. Точнее, он был скорее коричнево-желтый, со свалявшейся шерстью. Медведь стоял у воды и – в прохладный день - бесконечно раскачивался туда-сюда, словно имея обсессивно-компульсивное расстройство. Мне его было ужасно жалко. Подобные вещи часто наблюдаются у животных в неволе, и даже есть специалисты, которые прописывают этим животным лекарства, купирующие эти симптомы. Один из таких специалистов, ветеринар Николас Додман, как-то прописал медведю с теми же симптомами, которые я наблюдал, огромную дозу «Прозака» - и да, подействовало в том смысле, что медведь стал просто сидеть. При этом сам Додман не говорит, что животные страдают от каких-то врожденных расстройств. Нет, он использует термин «подавленное видотипичное поведение». Когда животное в зоопарке вынуждено вести себя не таким образом, каким его подготовила эволюция – ждите психических расстройств, так как неизрасходованное напряжение требует выхода. В природных условиях белые медведи совершают долгие переходы по льдам, это его видотипичное поведение. Также, например, у 8% лошадей наблюдается компульсивное поведение в виде одержимого грызения стойла. Это – суррогат естественного поведения, которое заключается в том, что 60% своего времени лошади щиплют траву.
И меня не покидает ощущение, что человечество загнало самого себя в своеобразный зоопарк с совершенно нетипичным для нашего вида поведением. Особенно безумной стала ситуация в XXI веке – темп нашей жизни с каждым десятилетием нарастает, а количество «шума» – звукового, светового, визуального, вкусового (съешь ещё этих мягких французских булок), тактильного, когнитивного (изобилие выбора и в целом необходимость постоянно и часто принимать решения) и информационного – намного превышает способность мозга это все перерабатывать. И мы получаем… то, что получает медведь в зоопарке. Существо, 300 тысяч лет бродившее по саваннам или лесам, занимавшееся активным физическим трудом на открытом воздухе, заперто в клетушках большого «хуманпарка», в которых, мягко говоря, не разбежаться, и расплачиваясь за это огромным букетом расстройств, физических и психических. А способность некоторых людей успевать за сверхбыстрым темпом жизни названа нормой и идеалом. Остальных, включая «нейроотличных» с их сверхчувствительностью к шуму и информационным перегрузкам (которые были бы в том же первобытном лесу или в саванне как рыба в воде) – нужно подгонять или «корректировать» медикаментозно.
К этому добавляется огромная индустрия, которая поощряет разного рода зависимости, зависимость от легкодоступного дофамина. И я со своим древним мозгом не имею никаких фильтров, позволяющих на бессознательном уровне регулировать этот процесс, а сознательное усилие – ну так на то оно и усилие, что требует дополнительных ресурсов. И где их взять?
Сейчас специалисты много спорят относительно причин разного рода «эпидемий психических расстройств» - от депрессии с тревожностью до РАС. Разброс мнений большой: гипердиагностика (расстройство находят там, где еще лет 20 назад психиатр прошел бы мимо, не сочтя чем-то серьезным); большая, чем раньше, доступность психиатрической и психологической диагностики (то есть выявляются те случаи, до которых раньше просто не доходили); совершенствование диагностики как таковой; «мода» на расстройства в сочетании с самодиагностикой (сомнительно для меня, но такое тоже говорят). Но почему-то редко когда упоминают о том, что в целом то, в каком бешенном и неестественном для биологического организма темпе развивается наша техногенная цивилизация (не собирающаяся тормозить – не зря же ИИ появился), и что это один из существенных факторов того, что психика человека начинает ломаться. Всё слишком шумно и слишком быстро. Слишком.
Идею возвращения в первобытность я не поддерживаю, да она и не реалистична. И, честно говоря, горячий душ с туалетом и чистая сухая постель после недели-другой в тайге – настоящее наслаждение. Проблема не в техническом оснащении нашего мира – а именно в «шуме» и в скорости, которые так раздергивают своими отвлечениями нашу психику, что концентрироваться на чем-то долго, даже на приятном – уже проблема (добавьте сюда приснопамятный ковид, который своими последствиями прямо влияет на наше внимание). Универсального решения проблемы «шума» у меня нет, но на индивидуальном уровне – почему бы и не попытаться снизить (пусть и не убрать до конца) уровень того, что бесконечно размывает внимание?
Я сейчас на день полностью выключаю смартфон (один из главных проводников «шума»)) – за исключением ситуаций, когда я напрямую жду звонка или срочное сообщение (не срочные могу и в ноутбуке посмотреть). Боже, какая же это ломка). Много раз я внезапно обнаруживал, что машинально доставал из кармана смартфон, и только тот факт, что он выключен, приводил меня в сознание (через удивление – почему он не работает)? Это происходило перед светофорами, в небольших очередях, на эскалаторе, посреди тротуара, в такси. Посмотрим, насколько меня хватит. Пока что вчера вечером я сидел на балконе и полчаса просто рассматривал, как мимо плывут низкие облака. И мне понравилось). Может, отчасти потому, что мне уже не 20 лет и это мое «предстарческое» брюзжание, но все же мне кажется, что у всего есть предел – и у скорости существования, на которой может не ломаться наша психика – тоже.
