Прослушал аудиокнигу Стругацких "Отягощённые злом".

Не то чтобы очень впечатлило. К своей любимой поздней теме про Учителя братья добавили всякого околорелигиозного и посыпали сверху толстым слоем гностицизма. Особых открытий я для себя не сделал. Разве что интересная мысль о том, что автор, который записывает за Пророком, в итоге сам становится действующим лицом. Опять же, сила Слова, гностицизм, вот это всё.

Но зато очень свежо вывели Стругацкие образ Профессионального русского (тм). Хоть книга написана в 1986-87 гг, черты 100% узнаваемы и сейчас, в 2025. Значит, что-то уже в этой особой породе людей можно было разглядеть в раннюю Перестройку.

Вот Марк Маркович Парасюхин (как-будто Просвирнин с него себя делал потом):

"...Белесовато-бесцветная, квадратная физиономия его с остатками юношеского румянца на щеках, как бы присыпанных пудрой, наглые васильковые глаза с пушистыми ресницами педераста мимолетно показались мне знакомыми — где-то я видел этот приторный набор — то ли в рекламном ролике, то ли на плакате...
Он быстро сорвал легкомысленно сдвинутую на затылок шляпу, прижал ее к груди и коротко, по-белогвардейски, дернул головой, отчего белобрысые волосы его слегка рассыпались. И уже явственно проступил на его поганой морде приличествующий джентльменский набор: солидность, печать значительного прошлого, отсвет глубоко продуманной идеи...
— Имею проект полного и окончательного решения национального вопроса в пределах Великой России. Учитывая угрожающее размножение инородцев... учитывая, что великоросс не составляет уже более абсолютного большинства... На новейшем уровне культуры и технологии... Без лишней жестокости, не характерной для широкой русской души, но и без послаблений, вытекающих из того же замечательного русского свойства... Особое внимание уделяется проблеме еврейского племени..."

И ему в пару такой же выпуклый хрестоматийный евг'ей Матвей Матвеевич Гершкович (Мордехай Мордехаевич Гершензон). Наверное, братья уже тогда видели намеченное кем-то кукольное противостояние, надетых на руку нанайский мальчиков, и так живо их изобразили (позднее у Пелевина появятся Правозащитники и Левозащитники).

Ещё остро смотрятся пассажи про казённый патриотизм и "патриотическое" воспитание детей, но их я приводить воздержусь.

В общем, как видится, главная идея книги не столь интересна для широкого круга читателей, а вот язвительные черты социального мира, как оказывается, не меняются уже 4 десятилетия. Стругацкие всё видели ещё в 80-х. Что-то и предугадали: фловеры (почти как современное "фолловеры") - это про некоторую часть молодёжи в развитых странах.