Только вернулся с «Флаэртианы» — праздника документального кино в Пермской Синематеке, который завершится сегодня вечером. Теперь буду ретроспективно рассказывать о некоторых увиденных фильмах конкурса.

Жалею, что пропустил обсуждение «Машеньки» — фильма Валерии Гай Германики, документальный сюжет которого ужасно похож на сценарий скверного ромкома, где-то посередине превращающегося в драму об абьюзе с (по необъяснимым причинам) счастливым концом. Вот уж где будут полыхать страсти и литься слёзы.

Прелесть и ужас фильма в том, что населяющие кадр неадекватные люди являются не плодом однообразных оргазмов фантазии сценарных комнат, но вполне реальны. Оттого их приторные до пошлости реплики и истеричные в духе героев мыльных опер действия порождает сложнообъяснимый зрительский опыт — как будто Линч решил воспроизвести тропы дрянного ток-шоу (помним его сериал в сериале «Приглашение к любви», героям которого вторили персонажи «Твин Пикса») в прямом эфире.

В случае «Машеньки» очень применима расхожая мысль о том, что жизнь всё чаще подражает искусству.

Изначально Германика планировала снять док о благотворительном шелтере «Ангар спасения», но в процессе между продюсером фильма Марией Гавриловой и Эдиком, бездомным ветераном войны на Донбассе, запивающего свои страдания литрами алкоголя, случилась любовь.

Почти так же необъяснимо возникли брак и беременность, сопровождающиеся агрессивными запоями Эдика. За всеми прелестями семейного быта героев камера следит с отстранённой иронией, за исключением моментов, когда, вдруг, замирает, позволяя только догадываться о том, что происходит в соседней комнате, из которой доносятся крики и стоны. Пугающие страшные мгновения Германика женит с чёрной комедией (знакомый бездомный Эдика с ужасом восклицает: «Посмотри! У меня ботинки как у бомжа!»), которая так хорошо нам знакома по реальности последних лет.

Кажется, более точного её выражения на экране я пока не видел.