В 70-е и 80-е она сумела всё наверстать, став одной из главных актрис советского кино. Одинаково великолепная и в драмах («Двадцать дней без войны», «Дневник директора школы», «Пять вечеров»), и в комедиях («Любовь и голуби»), и в мюзиклах («Соломенная шляпка», «Мама»), Гурченко сумела реализоваться на экране так, как мало у кого получалось. И всегда хотела большего, не могла остановиться - и глупо её за это корить.
Она рассказывала, что даже именем своим была обязана кино. Пока мать лежала в роддоме, готовясь произвести её на свет, отец «на нервной почве» побежал в кино и увидел там боевик «Акулы Нью-Йорка», который его потряс. Героев звали Алан и Люси, и отец потом передал матери записку с предложением назвать ребенка Аланом (если будет сын) или Люси (если будет дочка). В итоге родилась девочка, и ее назвали Людмилой, чтобы можно было сокращать до Люси.
Это, положим, легенда: американский фильм «Скорость», названный у нас «Акулы Нью-Йорка», шёл в советском прокате за восемь лет до ее рождения, и персонажа по имени Алан там нет (Люси есть). Но Людмила Марковна от этого мифа не отступала.
Так или иначе, ещё в детстве она обожала петь («еще не научившись говорить»), читать гостям стихотворения, выступать на детских праздниках... Девушкой, после школы, отправилась из родного Харькова в Москву - поступать на актрису. И только там осознала, какой является провинциалкой.
Появилась в коридорах института с аккордеоном, в ярко-зелёном платье из китайского шёлка. Красный бант – на груди. Красный бант – на поясе. Завитые мелкими колечками волосы. А на ногах – единственные в мире красные туфли в стиле мушкетёров времён кардинала Ришелье: мыс «бульдогом» и весь в дырочках; огромные банты, тоже в дырочках, свисали с обеих сторон до земли. А на толстых каблуках (специально под кожу вкладывались орнаменты из толстого жгута) сидели оригинальные ёлочки. Эти туфли заказывал мне сам папа. А если заказывал сам папа, то можно быть уверенным, что он для любимой дочурки не пожалел ни денег, ни фантазии...
На экзамене выступала в соответствии с заветом того же любимого папы: «Хай усе будут як люди, а ты вертись, як черт на блюди». Сергей Герасимов и его жена Тамара Макарова не могли скрыть улыбок, глядя на смешную девчонку с невозможным харьковским акцентом и слушая ее самоуверенные заявления («Работать в кино? Та шо ш там работать! Та рази ж это работа? Буду актрисой, вот!») Но, к счастью, её приняли.
Она и не подозревала, сколько её всего ждет впереди: нужно было отшлифовать свой вкус, найти стиль, прочитать множество книжек (она осознала, какой необразованной является на фоне того же Герасимова, каким бессистемным и хаотическим было её образование - «всю жизнь я чувствовала недостаток знаний...») Ну, и, конечно, нужно было избавиться от говора. Сотни раз повторяя «На мели мы лениво налима ловили, для меня мы ловили линя. О любви не меня ли вы мило молили и в туманы лимана манили меня!»
лучшие фильмы
«Карнавальная ночь» (1956)
«Рабочий посёлок» (1965)
«Корона Российской империи, или Снова неуловимые» (1971)
«Соломенная шляпка» (1974)
«Двадцать дней без войны» (1976)
«Сибириада» (1978)
«Пять вечеров» (1978)
«Любимая женщина механика Гаврилова» (1981)
«Вокзал для двоих» (1982)
«Полёты во сне и наяву» (1982)
«Любовь и голуби» (1984)
#юбилей #Людмила_Гурченко #персональная_подборка #ВГИК #Сергей_Герасимов https://www.kp.ru/daily/27741/5169078/