Начало из классической статьи Дениса, подготовленной к столетию великого юбиляра:

В юности твёрдо решил стать артистом и вопреки рассерженному отцу, прочившему сыну карьеру инженера, отправился покорять Москву. Но покорить удалось только Ростов-на-Дону – семнадцатилетнего Бондарчука зачислили в студенты театрального училища при местном драмтеатре.

Через несколько лет он отправился на войну, а в 1946-м вернулся к актерской профессии, поступив во ВГИК – сразу на третий курс, к Сергею Герасимову и его жене, актрисе Тамаре Макаровой. 26-летний ветеран войны, уже получивший одно актерское образование, мало был похож на своих зеленых однокурсников («Ты же готовый артист, чему тебя учить?», – сказал на экзамене Герасимов). Тем не менее, учиться было чему: однокурсники вспоминали, что Бондарчук вместо того, чтобы кутить, все вгиковские годы провел, не вылезая из библиотек, театров и аудиторий, где читались лекции.

Он был вообще весьма основательным молодым человеком – не зря классик советского кино Всеволод Пудовкин как-то сравнил его с танком. Это наверняка сыграло свою роль в том, что он стал главным советским режиссером и одним из главных актеров. Ему, с написанными на лице серьезностью и гиперответственностью, доверяли и кинематографическое начальство, и зрители. Герасимов вскоре дал ему роль директора шахты Валько в «Молодой гвардии» (в романе Валько 50 лет, но это показалось совсем неважным). Так началась кинокарьера, в которой самые заметные роли и постановки были связаны с войной, будь то наполеоновские войны, Великая Отечественная, Первая мировая или гражданская.

Бондарчука активно снимали – даже в период «малокартинья», когда на экран выходило с десяток фильмов в год (да и те в основном – киноспектакли и смертельно тоскливые фильмы-биографии). В 1950-м появился «Кавалер Золотой звезды» – история о фронтовике, который обустраивает хозяйство в родной станице – и Бондарчуку немедленно выписали «Заслуженного артиста России». Через пару лет он сыграет Тараса Шевченко в одноименной картине, очень понравится Сталину – и станет самым молодым Народным артистом в стране. (Кстати, о Тарасах: потом он долгие годы мечтал поставить гоголевского «Бульбу» и сыграть там главную роль, но ему не дали – зачем, дескать, ссориться с поляками. Он и сына своего едва не назвал Тарасом. Красиво бы звучало: «Фильм Тараса Бондарчука «Вторжение»).

Портрет Шевченко висел на стене в хате, где родился Бондарчук, кобзаревы стихи очень любили его родители. И именно Шевченко он читал Шолохову, когда впервые встретился с ним в московской квартире в Старо-Конюшенном переулке, чтобы получить благословение на съёмки «Судьбы человека». Шолохов был настроен слегка скептически – ему не понравились, в частности, руки Бондарчука: слишком мягкие руки городского жителя, плохо знакомого с физическим трудом. Бондарчук прослушал рассказ о казаке, у которого никак не могли взять кровь на анализ – загрубевшую кожу не получалось проткнуть иголкой. Однако в общем и целом Шолохов кандидатуру Бондарчука одобрил.

Съёмки начались несколько месяцев спустя – и частично проходили близ станицы Вешенской; Шолохов из любопытства иногда за ними наблюдал и даже подсказывал Бондарчуку отдельные детали. Роль Андрея Соколова Бондарчук решил исполнить сам. Предварительно он попробовал нескольких других кандидатов, но понял, что не сможет им точно объяснить, как нужно играть. У самого Бондарчука, конечно, роль в голове уже была готова. (Точно из тех же соображений он потом сам решит играть Пьера Безухова. А еще возьмет на главную роль в «Ватерлоо» Рода Стайгера, очень похожего на него и внешне, и, как говорили, по характеру).

Премьера состоялась весной 1959-го. Шолохову кино очень понравилось, хотя он высказывался в том смысле, что экран утяжелил его повесть и даже беспокоился о зрителе – не трудно ли ему придется во время просмотра картины. С Бондарчуком они стали добрыми друзьями, Шолохов как-то подарил ему «Тихий Дон» с надписью «Всеобъемлющему Бондарчуку. Сереже дай Боже…»

#юбилей #Сергей_Бондарчук #гений #Сергей_Герасимов #ВГИК https://www.kp.ru/daily/217186/4292955/