Луи Маль не сделал ни одного неудачного фильма. «Вор» 1967-го года рождения – тому пример. Всё в фильме совершенно: сюжет, обстановка, костюмы, архитектура модерна, игра актёров и, наконец, Бельмондо! Совершенно отличный от всех комиссаров полиции, которых он переиграл во французском кино. Вы посмотрите, как он смотрится на фоне мягкого кресла в вагоне поезда, хоть пиши с него картину богатого наследника, коим он и становится не вполне праведным путем. В отличие от бунтаря из всемирно известного фильма Годара, он – вор, но с замашками буржуа, из среды которой он и появился, но с романтической жилкой в характере.

Не пытайтесь меня уверить, что вы переживаете за полицию, а не за грабителей банка. Мораль, конечно же, соблюдена и преступники чаще всего наказаны, но мы получаем огромное удовольствие от того, с каким искусством грабители проникают в банк. Умение создать невероятную схему проникновения в запретное место, в лабиринт, заполненный ловушками, сродни созданию полотна или натюрморта, открывающего загадку спрятанного сокровища. У Хамдамова была неудачная попытка создания нескольких фильмов о преступлениях, которые оправданы. Не получилось у него оправдания, а Малю удалось показать грабителя со знаком плюс, насколько это возможно при его профессии. Презрение к богатству угадывается у режиссёра уже в «Вива, Мария!» по эффектному расстрелу из пулемета символов роскоши и, наконец, становится основополагающим мотивом в фильме «Вор».

Картина Маля могла возникнуть только при обращении к тому миру, в котором носили котелки и трости, машины были похожи на кареты, а в обстановках комнат и архитектуре буйствовало арт нуво. Именно в такой атмосфере происходило действие фильмов с Арсеном Люпеном – благородным преступником из романов Мориса Леблана. Именно таким последователем знаменитого авантюриста и предстает у Луи Маля вор в фильме «Вор». Создается ощущение, что Маль каждым своим кадром играет в натюрморты. Где бы не появлялся герой, за его спиной всегда находятся атрибуты Прекрасной эпохи – мебель, вазы, орнаменты на обоях. Бельмондо вскарабкивается на крышу дома, представляющего из себя шедевр архитектуры, он как бы вторгается в орнамент. Перелезая через забор, герой, создавая объем, оставляет за собой вычурную орнаментальную вставку с изображением дома, как на картине старых мастеров.

Бель Эпок характеризуется многочисленными видами орнаментов. Если в Европе преобладал интерес к арт нуво, то в Америке таким же объектами искусства становились многочисленные станки, приборы, пишущие машинки, механизмы сюрреалистического вида, разукрашенные узорами из арсенала модерна, который последовал в фильмах о Арсене Люпене. Мало того, что эпоха представляла сплошной орнамент, внутри него режиссер плетет бесконечные узоры неожиданно изменяющегося сюжета с выверенными остроумными репликами персонажей и перевертышей с характерами персонажей.

Зрители постоянно попадают в расставленные автором ловушки, обнаруживая, например, что герой обворовывает квартиру, добытую им для своей любимой, что является игрой и апеллирует к спрятанному во взрослом состоянию детскому желанию наказать обидчиков, в данном случае богача с неправедно приобретенным богатством. В свое время большевистская пропаганда называла процесс изъятия ценностей экспроприацией экспроприаторов. Тем не менее, власти, показав фильм Луи Маля на международном кинофестивале в Москве, в прокат не выпустили.

#кинематограф_чешской_весны + #мнения
#шедевр #Луи_Маль #Жан_Поль_Бельмондо
#лучшие_фильмы_1967_года