Причём, словно бы одного «разочаровавшегося гения» было недостаточно, прямо у нас по соседству лет 12 назад точно такого же результата с нулевой суммой добился другой бескомпромиссный художник, считавший себя учеником бергмановской школы. Что особенно примечательно – потратив на это те же 40 лет.

Примерно столько времени прошло с момента съемок поразительной «Проверки на дорогах» Алексея Германа до босхианского «Трудно быть богом». По поводу которого, честно говоря, сложно не пошутить, что это просто очень круто снятые три часа поездки в метро глазами интеллигента. «Истина, её поиск, и душевные страданья, / ОРЗ, ангина и недодоедание».

Особенную горечь вызывает то, что для своей исступленной эпитафии Герман выбрал именно тот текст Стругацких, на котором сами братья-фантасты уже почувствовали тупик столь линейного (как рельса) подхода к жизни. Та точка, от которой они смогли оттолкнуться и увидеть новые горизонты (которых сами, правда, сильно испугались), оказалась для Германа скорбным и безрадостным финалом. Мысль о том, что каждый волен сам решать, какой смысл придать абсурду человеческой жизни, стала доказательством мерзости и подлости этого мира.

И всё это служит хорошим объяснением для одного забавного казуса, который случился на Каннском фестивале в лохматом 1990 году.

Герман тогда сидел в жюри, а «Золотую пальмовую ветвь» получили «Дикие сердцем» Линча. Мне долго было интересно – как советский классик отнесся к такому награждению. После просмотра «Хрусталев, машину!» я даже думал, что радикализация германовского стиля произошла под впечатлением от Линча. Но в одном из интервью он сам феерически расставил всё на свои места:

«Мне, например, совершенно не понравился фильм, которому в итоге дали главный приз, – «Дикие сердцем» Дэвида Линча. Я всё сделал для того, чтобы он Золотой пальмовой ветви не получил. А он все равно получил. Председателем жюри тогда был Бернардо Бертолуччи. Как я на него орал! «Что вы делаете с кино?» Как мы ругались, какая прелесть…»

Сразу видно большого художника – нутром почуял идейного врага. Приведу в доказательство две цитаты из Линча:

1.«Не понимаю, зачем искать смысл в искусстве. Ведь все же как-то смирились с тем, что даже в жизни смысла нет»

2.«Не думаю, что люди принимают такой простой факт: в жизни нет смысла. Мне кажется, из-за этого людям страшно неуютно»

Судя по всему, эти высказывания разнесены по времени – видно, что их разделяет некий приобретенный жизненный опыт. Но разница в этом случае только подчеркивает общую мысль.

Что самое забавное, в многочисленных интервью и обращениях к своей аудитории, да и вообще почти во всех своих фильмах, Линч очень прозрачно намекает на то, что ему видится единственно важным – те самые «простые радости Земли». Все эти черничные пироги, сочная цветовая палитра, бесконечный кофе (который выплёвывают только отрицательные персонажи), и даже совет сконцентрироваться «на пончике, а не на дырке от пончика». А то, неровен час, попадёшь пальцем смерти в зад.