В горячую тему сегодня идем.
Но есть у меня мнение на ряд событий в окружении.

Так же, как я не приемлю хайпа на том, почему кто-то уехал из страны, так же я не приемлю хайпа на том, почему кто-то ушёл из компании.

Ну ушёл и ушёл - твой выбор.

Но эти «кружки по интересам» у меня вызывают любопытство. Как правило центральный объединяющий интерес - мы оба когда-то «свалили», и он говорит о том, что какая-то твоя большая часть всё ещё осталась там, в той стране/в том офисе.

С психоаналитической точки зрения это можно описать через понятие объектной потери и незавершённой работы горя.
Фройд в «Скорби и меланхолии» показал: когда человек теряет значимый объект, будь то родина, профессия, коллектив, либидинозные связи с ним не исчезают автоматически.
Их нужно постепенно «отвязать» от потерянного объекта, шаг за шагом, через воспоминания и разочарования (это важно). Этот процесс и есть работа горя.

Но если потеря была слишком болезненной, или связь с объектом была амбивалентной - любовь вперемешку с обидой, - тогда скорбь рискует застыть в меланхолии.
При меланхолии потеря частично остаётся неосознанной, а агрессия, которая не может быть направлена на потерянный объект, разворачивается против самого себя («тень объекта падает на «я»). Отсюда - самообвинения, сомнения в правильности выбора, потребность в постоянном подтверждении извне.

Тогда «кружок по интересам» становится средой для проективной идентификации: свою внутреннюю тревогу и неуверенность проецируешь на группу, которая разделяет твой выбор, и группа начинает работать как внешний контейнер для того, что не удаётся удержать внутри. Другой нужен, чтобы подтвердить: то, что я сделал - правильно, все будет хорошо, трудности останутся позади.

Случается так, что человеку так горько или страшно в своём выборе, что внешние опоры, Другой, даёт столь необходимую уверенность или силы справиться.

Здесь мы говорим и о миграционном опыте в широком смысле: не только переезд из страны, но и уход из компании - это своего рода экзистенциальное перемещение.

Психоаналитики, работающие с мигрантами, описывают это как необходимость выстроить новое Символическое, новую систему значений, в которой можно жить дальше. Пока этого не произошло, старая система - «там», «в той стране», «в той компании», «когда я работал в медицине» - остаётся точкой притяжения. И тогда выбор «здесь» ещё не стал полностью своим.

Вот строчки одного горячо любимого мной коллектива:

Кто не уехал, тот расстрелян был или замучен.
Народ, оставшийся без своих лучших.

Каждый делает свой выбор из своей психической реальности. Пусть ваша реальность остаётся цельной. Делая свой выбор, оставьте другому право сделать свой.

Выбор становится по-настоящему своим не в момент, когда его сделали, а в момент, когда перестали нуждаться в чужом одобрении или компании единомышленников, чтобы в нём не сомневаться.