Китай хочет стать новой Америкой (часть 2/3)

Угроза потерять операционный контроль над мировой экономикой заставила США напомнить участникам рынка, в чьей руке находятся ключи от «общих» финансовых институтов, запустив программу «количественного смягчения».

По данным, которые ФРС США отражает в своем балансе, за 5 лет было напечатано около $4 трлн. А по данным Счетной палаты США (The Government Accountability Office), забалансовая эмиссия под поручительство коммерческих банков, в том числе зарубежных, превысила $15 трлн.

Накануне кризиса 2008 года золотовалютные резервы Китая составляли $3,8 трлн, а на резервных счетах ФРС США находилось всего $12 млрд.

По завершении «количественного смягчения» китайские резервы оставались на уровне $3,8 трлн, а общий баланс ФРС США вырос до $3,7 трлн.

США явочным порядком конфисковали (девальвировали) накопления развивающихся стран. Для Китая стало очевидным, что создать собственный промышленный проект в чужой институциональной среде невозможно.

Позже конфискацию дополнили практикой нетарифных ограничений инвестиций (санкции, таможенные войны и т.д.).

Сегодня можно утверждать, что в 2008 году глобальный рынок осознанно и целенаправленно разбалансировали. США отказались финансировать альтернативные политические стратегии Востока.

Осознав невозможность развития в долларовой системе отношений, Китай всего за 10 посткризисных лет нарастил внутренний рынок облигаций нефинансовых компаний с $69 млрд до $2 трлн.

Пекин стал переводить экономику на внутренний механизм инвестирования. Доля иностранного капитала во всех инвестициях в Китае к 2018 году упала с 28,6% (в 1996 году) до 2%. 60% инвестиций составляли собственные средства, почти 80% из них приходились на госбанки и госсектор.

Китай начал выводить «китайские» деньги из СП с иностранным участием и создавать 100-процентно «китайские» предприятия, вытесняя СП из внутреннего производства.

Сегодня Запад переполнен «новыми» деньгами (продолжает печатать), а трансформировать их в программы развития он не может.

Деньги раздувают внутреннюю капитализацию, блокируя самостоятельный промышленный проект Запада, а инвестиции в производящие и ресурсные страны (АТР, Ближний Восток и Россия), способные выступить драйвером мирового роста, перекрыты.

В основе сегодняшнего политического кризиса - столкновение интересов тех, кто де-факто (на земле) контролирует капитальные активы, и тех, кто оперирует правами требований на них (фондовые обязательства).

Важно понимать, что деньги не вещь в себе (некая безусловная ценность), как ее многие сегодня воспринимают. Деньги – это способ учета (язык описания) взаимных обязательств, формирующий цельную систему отношений.

Деньги напрямую связаны с правовым (регуляторика) режимом общества, обеспечены они не золотом или товарной массой, а силовым ресурсом государства (институт принуждения к исполнению обязательств).

Источником современных инвестиционных (фиатных) денег являются ожидания и запросы членов общества, нацеленные в будущее. Отделить фиатные деньги от ожиданий (прогноз будущего) невозможно, а соблюдение обязательств в долгосрочной перспективе требует гарантий, которые фондовый рынок обеспечить не в состоянии.

Чем долгосрочнее инвестиция, тем более длительным (устойчивым) должен быть политический режим, ее гарантирующий.

(Продолжение следует)

Буровая в Telegram | в MAX