Вчерашние события на высокой неделе ООН в Нью-Йорке ожидаемо приковали к себе всеобщее внимание. В контексте Украины речь, разумеется, идет о переговорах Лавров-Рубио, а также некоторых заявлениях главы официальной дипломатии Киева Сибиги по поводу якобы готовности на "полное, немедленное и безусловное прекращение огня". Что ж, попробуем дешифровать весь этот массив риторики и посмотреть на него в широкой перспективе на ближайшие месяцы с практической точки зрения.

Итак, сначала — первое значимое продолжение диалога РФ и США после визита Уиткоффа и Кушнера в Москву. С учетом того, что приезд российской делегации в штаб-квартиру Всемирной организации сопровождался очередным рецидивом внеправового визового давления со стороны Вашингтона, который "зарубил" кандидатуры наших высокоуровневых представителей, включая, например, зама Лаврова Алимова, курирующего направление ООН, приходится констатировать, что за исключением челночной коммуникации и эпизодических встреч на полях разных международных саммитов непосредственно двусторонние отношения с Америкой остаются на крайне низкой отметке и все еще не поддаются содержательной нормализации с устранением взаимных раздражителей.

Сохранение серьезных ограничений для дипкорпуса России на территории Штатов также красноречиво говорит об этом. Что же до проблематики контактов российского МИДа и американского Госдепа, то пока просматривается два момента. Во-первых, американцы очень активно лоббируют задумку с секторальным перемирием по энергетике. При этом заранее декларируется запрос на масштабирование — ими предлагается заодно поставить на повестку дня и вопрос о де-факто реанимации зерновой сделки. Разумеется, навязывается конфигурация, подразумевающая, что Кремль должен пойти на эти меры без каких-либо обязательств от Белого дома и просто имплементировать их, как бы показывая результативность процесса урегулирования.

РФ, скорее всего, не пойдет на такие самоограничения, помня сомнительные итоги первой "зерновухи" и понимая, что энергетическое перемирие на данном этапе больше выгодно Украине, так как она испытывает значительный ущерб от дальнобойных дроново-ракетных ударов по своей критической инфраструктуре. Поэтому следует ожидать торга — по поводу частичного снятия западных санкций и сокращения военно-технической помощи ВСУ. Впрочем, едва ли удастся согласовать такие размены с администрацией Трампа, больше уделяющей внимание хайпу, чем реальным действиям после общения.

Есть еще и второе ярко выраженное предложение американцев, однако перед его рассмотрением важно вкратце дезавуировать заявление Сибиги. По факту его устами Украина не сказала ничего нового — данный вброс был прокинут еще в марте прошлого года и, помимо формальной готовности к остановке огня, еще включает в себя требования насчет "территориальной целостности". Как и сейчас, совместно вписались в эту декларацию более 50 стран, открыто поддерживающих Киев в конфликте. Это не более, чем дежурная риторика в духе "ну мы же готовы, это все русские".

Идем дальше — Рубио подтвердил, что США готовы пригласить Путина на саммит G20 в Майями, где, помимо Трампа, будет присутствовать и Зеленский. Очевидно, что это позиционируется в качестве некоего важного шага к договорняку через первую встречу российского и украинского лидеров после начала СВО. Выбор места и тайминг показательны: Флорида считается вотчиной Трампа, а середина декабря представляется удобным окном возможностей, чтобы придать переговорам стимул в следующем году.

Вопрос о том, поедет ли Путин снова в Америку будет решаться по итогам ноябрьского саммита АТЭС в Шэньчжэне. Это мероприятие имеет важность по ряду причин. Наиболее очевидная — тот факт, что там состоится трехсторонняя встреча Путин-Си-Трамп. Председатель КНР уже на визите в США прямо сейчас и обязательно воспользуется оказией спроецировать влияние на российско-американский клинч. Еще одна переменная — выборы в Конгресс, которые пройдут перед встречей в рамках АТЭС. Республиканцы имеют все шансы проиграть их, а Трамп, соответственно, — потерять значительную долю собственной политической субъектности.