Дела о сделках и заблуждении очень редко решались в пользу истцов. Исход «дела Долиной» показал, что так будет и впредь.

Есть статья 178 ГК РФ «Недействительность сделки, совершенной под влиянием существенного заблуждения». И к ней иногда апеллируют люди, требующие пересмотреть результаты сделки, утверждая, что были обмануты. Но требуются очень серьезные причины, чтобы суд принял решение о признании сделки недействительной.

Вот конкретная история. Мать подарила сыну дом с земельным участком, рассчитывая на то, что благодарное чадо будет пожизненно ее содержать. А сын оказался неблагодарным, отказываясь выплачивать матери пособие. Мать идет в суд и требует вернуть ей обратно любимый дом. Судья смотрит текст договора дарения – там никакого упоминания о дополнительных условиях нет. И отказывает истице.

Еще одна история из судебной практики. Некий гражданин выдал своей знакомой генеральную доверенность на совершение сделок. Дама оказалась энергичной, быстро продала квартиру истца, а на вырученные деньги приобрела дом, который записала на свое имя. Истец просил суд передать ему дом, но он никогда не значился его собственником и вообще в сделке никак не участвовал. И тут также последовал отказ.

Эти отказы не означают, что истцы не могут попробовать иначе отстоять свои законные интересы. В первом случае мать может через суд потребовать с сына алименты – другое дело, что они могут оказать меньшими, чем содержание, на которое она рассчитывала. Во втором случае можно попытаться решить дело в уголовном процессе. Но эти варианты не имеют отношения к статье 178 ГК РФ.

Почему эта статья применяется нечасто? В решении Верховного суда по делу Долиной разъяснено, что «признание сделки недействительной создает угрозу для стабильности гражданского оборота, способно подорвать доверие к сделке и повлиять на нормальную практику рыночного контрактирования».

Статья 178 используется довольно редко, чтобы не открыть ящик Пандоры. Хотя в России нет прецедентного права, но стоит пойти навстречу из самых благородных соображений в конкретном случае, и можно будет по аналогичным основаниям оспорить практически любой договор между частными лицами. В истории с делом Долиной, кстати, появились сообщения о том, что уже есть решения по другим делам по аналогии с вынесенными по этому делу нижестоящими судами. Теперь они, видимо, будут подвергнуты ревизии.

Тем более, что в приведенных выше случаях из судебной практики есть некоторые основания полагать (но только основания, а не уверенность), что поведение ответчиков небезупречно. В первом, с моральных позиций, а во втором, возможно, и с точки зрения уголовного права. И то эта статья применена не была. В деле же Долиной никто в суде не утверждал, что Лурье действовала недобросовестно. И, как отметил Верховный суд, «исходя из положений названной статьи и в ее взаимосвязи с основными положениями гражданского законодательства, оспаривание сделки при безупречном поведении (объективной и субъективной добросовестности) по общему правилу по мотиву заблуждения не допускается».

Действует ли статья 178 в принципе? Да, такие случаи есть. Например, в судебной практике было дело, когда во время аукциона на право заключения муниципального контракта участник ошибся, и предложил цену, равную 2,3 рубля, пропустив «млн». Администрация тут же признала этого участника победителем, что было отменено судом. Но даже в случае с явной ошибкой было предписано рассмотреть встречное требование ответчика о взыскании причиненного ему реального ущерба (так как поставок продукции в срок не произошло, а аукцион пришлось проводить заново). Есть и другие случаи, но их немного.

Алексей Макаркин