«В регионе Южного Кавказа есть луч надежды на мир. Мы находимся на заключительном этапе обеспечения мира между Азербайджаном и Арменией. Наша страна поддерживает двусторонние переговоры». С таким заявлением выступил министр иностранных дел Турции Хакан Фидан. В своем докладе в Великом Национальном Собрании (парламенте) республики глава МИД констатировал: в подготовке мирного соглашения между Баку и Ереваном наступил заключительный этап.

Оптимизм турецкого министра понятен. После очевидных успехов в сирийском «поле» Анкаре важно продемонстрировать успехи еще и на Южном Кавказе. Под миром, конечно, Фидан и его соратники понимают такое положение дел, которое было бы выгодно его стране. Но насколько оправданы такие оптимистические оценки? Ведь недостатков в позитивных предсказаниях скорого мира явно не наблюдается. 2024 год прошел под знаком неизбежного соглашения между Баку и Ереваном. Однако и сегодня остаются некоторые нюансы, заставляющие экспертов проявлять определенную сдержанность.

На сессии министериала ОБСЕ 5 декабря армянский коллега Фидана Арарат Мирзоян констатировал: Баку и Ереван согласовали 15 из 17 статей проекта мирного соглашения. Он выразил надежду, что наличии политической воли финальное подписание не за горами. Но чем тогда объяснить отсутствие столь оптимистических оценок у руководства МИД Азербайжана? Так министр прикаспийской республики Джейхун Байрамов практически синхронно с «декабрьскими тезисами» Мирзояна заявил: «В Конституции Армении содержатся территориальные претензии к нашей стране. Мы ждем от Армении решительных шагов в этом вопросе»». Вскоре он снова повторил эту же мысль, понятное дело согласованную с высшим руководством страны.

И здесь налицо противоречия между Баку и Ереваном. На своей странице в сети Х Никол Пашинян написал, что ни одно из положений Основного закона его страны не содержит претензий к соседним государствам. Вопрос (и совсем не праздный), как убедить в этом Ильхама Алиева и азербайджанский истеблишмент? Баку ссылается на текст Декларации от 23 августа 1990 года, Ереван говорит, что данный документ не отражает духа и буквы Основного закона. Между тем, данный спор не выглядит, как исключительно юридический диспут.

Сергей Маркедонов