«Поля» 79-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН подарили новые поводы для обсуждения ситуации в Закавказье. В ходе своей пресс-конференции российский министр иностранных дел Сергей Лавров заявил: «Это очевидно, что нынешнее грузинское руководство просто честно оценивает прошлое. Они так и сказали, что "хотим примирения исторического". В каком виде, какой форме это примирение может произойти - это решать самим странам: и Абхазии, и Южной Осетии».

Практически синхронно с заявлением главы МИД РФ в том же Нью-Йорке выступил премьер-министр Грузии Ираклий Кобахидзе. Он обратился к жителям Абхазии и Южной Осетии с призывом жить в «едином государстве» и заявил о необходимости «восстановления разрушенных мостов».

Эти информационные поводы снова оживили дискуссию о скорых геополитических переменах на Кавказе и возможном сближении Москвы и Тбилиси, в том числе и посредством урегулирования застарелых этнополитических конфликтов. Между тем, в таких вопросах поспешность не нужна.

Во-первых, не стоит воспринимать слова российского министра, как нечто совершенно новое в подходах Москвы. Напомню, что в декабре 2015 года во время своей традиционной «большой пресс-конференции» президент России Владимир Путин уже обозначал видение данного вопроса: «Не мы были инициаторами развала отношений (с Грузией-прим.), но мы готовы их восстанавливать, что касается территориальной целостности Грузии - это, прежде всего, дело грузинского народа, югоосетинского и абхазского, надо с ними работать, мы примем любое решение».

С того времени многое в отношениях между Москвой и Тбилиси менялось. Была «нормализация без пересечения красных линий» (под таковыми понимались статус двух частично признанных образований и евро-атлантическая интеграция Грузии), затем резкое охлаждение после т.н. «ночи Гаврилова». С 2022 года появились признаки нового витка двусторонней нормализации (прагматизации) российско-грузинских отношений. Но для того, чтобы они стали устойчивым трендом (про необратимость сегодня говорить явно преждевременно), требуется еще очень многое. Прежде всего, важны итоги главной кампании четырехлетия- парламентской. Ведь для того, чтобы обещания Бидзины Иванишвили и его команды (извинения перед Южной Осетией, избавление от груза прежних лет и экономическое сближение с Москвой) реализовались, нужно одержать победу на выборах. И не просто победить, а сдержать массовые протесты оппозиции. Для того, чтобы предсказать их, не надо быть Кассандрой. Оппоненты «Грузинской мечты» давно уже превратили борьбу с Иванишвили из внутриполитического дела в противостояние «руке Москвы».

Не менее важно и изменение общего фона в Грузии. Опросы общественного мнения пока что не фиксируют резкого всплеска пророссийских настроений, а среди правящей партии и ее сторонников наличествуют и симпатии и к евро-атлантической интеграции. Не факт, что этими настроениями «Грузинская мечта» будет открыто пренебрегать. Таким образом сближение позиций и открытие возможностей для конструктивной дискуссии- важный тренд. Но все это пока не гарантирует окончательного успеха.

Сергей Маркедонов