Лейбористская партия убедительно победила на парламентских выборах в Великобритании. Новым премьер-министром станет ее лидер Кир Стармер.

Нынешние выборы стали досрочными – премьер-министр Риши Сунак распустил парламент, не дожидаясь конца года, когда заканчивался срок полномочий Палаты общин. Тем самым он стремился перехватить инициативу у лейбористов в условиях снижения инфляции. Задачей Сунака была не победа (ни один опрос не давал надежды на нее), а минимизация эффекта от поражения. В результате разгрома избежать не удалось – консерваторы получили наименьшее число депутатских мест в своей истории. Депутатские мандаты потеряли 11 министров и экс-премьер Лиз Трасс.

Неудача консерваторов связана с потерей двух категорий избирателей. Одна – умеренные, которые разочаровала политика кабинетов Бориса Джонсона и Трасс. В первом случае перманентные скандалы, во втором – обвал фунта в результате авантюрного экономического курса. Вторая категория – наиболее активные сторонники «Брэксита», недовольные недостаточно решительной борьбой с миграцией. Попытки депортировать нелегалов в Руанду сорвались из-за позиции Верховного суда, который отверг этот план, а у Сунака испортились отношения с правым крылом партии, которое возглавила экс-глава МВД Суэлла Браверман. Сунак уволил Браверман, и часть твердых «брэкситеров» перешли к политическому проекту Найджела Фараджа «Реформировать Соединенное королевство». В результате от партии Фараджа впервые избраны несколько парламентариев, сам он также стал депутатом.

На фоне разброда в рядах консерваторов Кир Стармер смог консолидировать Лейбористскую партию, избавившись от радикализма своего предшественника Джереми Корбина. Нынешний хорошо запоминающийся предвыборный лозунг партии – Change – связан с позиционированием партии как сторонницы перемен и альтернативы «бесконечному консервативному хаосу», нанесшему, по словам Стармера, «прямой ущерб финансам каждой семьи в Британии». При этом сэр Кир выступал в качестве подчеркнуто респектабельного, солидного политика, не склонного к рискованным экспериментам. На фоне Джонсона и Трасс такой образ оказался привлекательным для избирателей.

И сама Лейбористская партия предложила умеренные перемены, не связанные с потрясениями. Главная идея – стимулирование экономического роста с помощью увеличение строительства жилья и инфраструктурных проектов. При этом лейбористы заявляют, что рост должен приносит выгоды всему обществу – давая понять, что консерваторы думают только о богатых. Стармер не исключает повышения налогообложения, но исходит из того, что оно должно быть осторожным и не затронуть основные налоги. Предлагается создать госкомпанию, которая бы занималась инвестированием в возобновляемые источники энергии, а ее офис разместить в Шотландии, что должно было понравиться тамошним избирателям (там лейбористы на этих выборах сильно потеснили местных националистов).

Также лейбористы предлагают снизить возраст для избирателей с 18 до 16 лет и реформировать Палату лордов, окончательно упразднив членство в ней наследственных пэров (большинство из них было удалены из палаты еще при Блэре) и введя возрастной ценз для назначаемых пэров. Тема противодействия нелегальной миграции и борьбы с преступностью включает в себя создание нового пограничного командования и увеличение штата сотрудников полиции. Расходы на оборону предполагается увеличить до 2,5% ВВП.

Лейбористы будут настроены куда более «проевропейски», чем консерваторы. И самая проевропейская партия, за которую голосуют молодые продвинутые горожане – либеральные демократы – получила лучший результат в своей истории. Но возвращения в Евросоюз не произойдет – референдум прошел недавно (в 2016 году) и новое голосование в ближайшее время маловероятно. Да и его результат был бы неясным – с учетом «брэкситерской» официальной позиции консерваторов и популярности партии Фараджа, которая заняла третье место по общему числу голосов и получила немного мандатов только из-за мажоритарной однотуровой системы.

Алексей Макаркин