О высказываниях Владимира Путина на встрече с руководством МИД.

1. Условия по Украине - это не запросная позиция, которая не выносится в публичное пространство, а обсуждается в кулуарах. Сейчас кулуаров в отношениях с Западом больше нет. Серьезные переговоры если и ведутся, то по локальному вопросу обменов заключенными – такая повестка существовала и во времена холодной войны, когда меняли «разведчиков на шпионов». Отдельные неформальные зондажи к кулуарам отношения не имеют. Для торга нужно хотя бы минимальное доверие друг к другу – а его нет с обеих сторон.

2. Заявленная на высшем уровне позиция – это условия России, основанные на ее конституционных положениях. Включение в состав России четырех регионов в 2022 году вкупе с поправкой в Конституцию 2020 года о запрете «действий, направленных на отчуждение части территории Российской Федерации» обозначили российскую позицию, которая сейчас публично озвучена. То есть отказ от включения в возможные параметры торга новых территорий был жестко зафиксирован еще в 2022 году – и сейчас лишь поступило очередное подтверждение этого.

3. Заявление Путина перед конференцией в Женеве должно «перебить» информационную повестку. На первый взгляд, оно адресовано Украине и Западу, но понятно, что условия российского президента приняты не будут. На самом деле, главный реальный адресат – это страны Глобального Юга, которые не хотят делать выбор между Россией и Украиной и выступают за скорейшее прекращение огня. Только что Владимир Зеленский встретился с Нарендрой Моди на полях саммита G7 в Италии, а до этого посетил Саудовскую Аравию, где был принят кронпринцем Мухаммедом бен Салманом. Россия дает понять Югу, что она не против прекращения огня, но только на своих условиях.

4. В частности, заявление Путина – это сигнал Китаю. Россия официально не отвергает китайский план урегулирования, в котором говорится о прекращении огня (этот документ более напоминает декларацию «за всё хорошее»), но настаивает на принятии своих предварительных требований в виде вывода украинских войск из четырех регионов и публичного отказа от вступления в НАТО. А уже дальше – набор вопросов, обсуждавшихся в 2022 году в Стамбуле (демилитаризация, денацификация и др.), о которых российская сторона также забывать не намерена.

5. И еще о России и Западе – уже без прямой связи с сегодняшними заявлениями. Десятилетия переговоров между СССР и западными странами проходили в условиях, когда вопросы идентичности по негласной договоренности откладывались в сторону, а обсуждались темы, по которым можно договориться. Сейчас этого нет – и в обозримом будущем не предвидится. Причем не только из-за геополитики (она как раз не исключает компромиссов), а из-за идентичности. Для современной российской власти Великая Отечественная война, говоря словами автора слов советского и российского гимнов – «это вроде как вчера». Для западного политического класса Вторая мировая война – это глубокая история.

Алексей Макаркин