ВОЙНА ЕЩЕ НЕ НАЧАЛАСЬ

Но она скоро начнется, не сомневайся.
И она многому тебя научит.

Твое привычное «я» закутаное в случайные желания, капризы, детские обиды, вредные привычки, комплексы, в тряпки и цацки, в «игры по правилам», в гастрономические предпочтения, в гуманность, в политические взгляды, в принципы, в имитацию жизни, вдруг оголится, и станет прозрачным. И у тебя останешься только ты сам. Война напомнит о смерти, обнулит всю эту цивилизацию в тебе, взамен предлагая инстинкты.

Война вытащит из тебя твою тень, оборотня, способного встраиваться в любую среду: стать куском глины? — Легко. Деревом? — нет ничего проще. Камнем без базовых потребностей и чувств? — С удовольствием. Твоя кожа под броней станет нечувствительной, позвоночник станет ощутимо длиннее, и ходить ты отныне будешь совершенно иначе: бесшумно и вглядываясь в темноту. В опасности будешь быстрым и невидимым, научишься каменеть, как рептилия, и отбрасывать хвост, ноги и руки, чтобы смерть тебя не поймала.

У еды обнаружится совсем другой вкус: вот сырой лежалый черный хлеб и ложка сахарного песку сверху — нет ничего вкуснее. А мечтать ты будешь о горячей миске борща, о творожной запеканке у мамы, и о фруктовом салате, который сроду не ел. Надо же, смех, мне снилась творожная запеканка, и фрукты, которые я ем, и наесться не могу.

И тогда ты научишься радоваться любому доступному занятию, как подарку судьбы. Оно даст шанс отвлечься, и не сойти с ума в шуме РСЗО, рваном грохоте прилетов и хрипе бесконечно орущих раций. Например, тебе будет дико интересно вылавливать и уничтожать на подступах к твоему продуктовому запасу многие сотни мышей. Ты будешь вытаскивать их из мышеловок, и складывать в пятилитровую баклашку, гадая: наберется ли к концу ротации пять полных, или опять только четыре с половиной?

Во сне ты будешь понимать, в каком направлении шагает по потолку блиндажа крыса, и научишься, не просыпаясь, менять положение тела, перенаправляя ее в противоположную сторону. Ты станешь самым терпеливым на свете человеком.

Научишься на слух, только лишь по шагам в темноте определять пол, возраст, социальный статус, характер и намерения проходящего. Начнешь понимать, как пахнет чужой страх со всеми его оттенками, и узнаешь, какой вкус у твоей собственной смерти. Смерть противника станет галочкой, зарубкой в твоей голове, а твоя — в его. И никаких угрызений совести больше не будет.

И самое главное:

Отныне ты всегда будешь видеть настоящее в людях, чуять ложь за минуту до того, как человек откроет рот, чтобы соврать тебе, и навсегда разделишь всех людей на две группы: «мы» и «они».

Если останешься жив.


СВОи🇷🇺
Дешен • Ходаковский • «Восток»