— Почему вы никогда не хотите ассимилироваться, общаться с местными?

Дело было так. В Ереване подозрительно много испаноязычных, и, когда я их слышу, мой А2 трепыхается. Внутри борются два волка: один — ненавидит смолтоки, второй — жаждет убедиться, что язык не ужался до магазинного но несесито больса, тархета, грасиас.

Поэтому я решила сходить на испанский по песням (каких только активностей тут нет). Рассказывая, как учила язык, я посетовала, что Латина хороша, но наше комьюнити там крошечное. И получила вопрос.

Я ответила, что на спектре трудно читать людей не своей культуры, но это не совсем правда. Средний русскоязычный экспат мне интереснее среднего латиноса. Помните картинку с айсбергом, где чем глубже, тем мрачнее? Даже если мне в башку загрузить понимание их культуры и язык на С2, дискуссия со своими — это дно в хорошем смысле слова, где снуют зубастые рыбины с фонариком.

Отношения с людьми из другой культуры или с разницей в 25 лет для меня вообще непостижимы. Как строить коммуникацию, когда мемные коды не совпадают? Один — про раков за три рубля, но маленьких, а еще за пять, но больших. Другой… Черт знает, что там у других, раков из своего обихода взяла.

Вот и армянин, с которым давно взаимно читаемся, прогнал телегу почему в жены надо брать ровесницу. Кабанессы 30+ без кавалеров, приглядитесь, жених видный. Еще рассказывает предпринимательские байки не в стиле ало бизнес дада деньги, а используя слово «хуй». Есть и заметки из поездок, — не пиздопротивные тревел-влоги, а потешные недоразумения, тут история из Киото. Японцы в Ереване мне визу не дадут, хоть почитаю.