— Батюшка, письмецо!

Савелий Петрович впустил озябшего голубя. Тот, кося глазом в сторону блюдца с просом, привычно протянул лапу. Барин отвязал послание, достал пенсне и развернул бумагу.

Распечатанный на принтере натюрморт из котенка, кулича и сына Божьего красовались над чуть расплывшимся «Христос Воскресе!». Савелий Петрович усмехнулся в усы.

— Настенька, душенька, принеси-ка альбом с открытками. Смотри какую красоту крестная отправила, цветную! Выбери что в ответ послать, да в грязь лицом не ударить.

— Знаю, знаю!

Настя достала глянцевую карточку.

— Ничего себе, раритет. Это ж какого года выпуска? Дай Бог памяти, не тогда ли, как Телеграм на Руси запретили…

— Что за телеграм, батюшка? Телеграф?

— Была такая служба — за секунду почту доставляли. Эх, что проку вспоминать, давно это было.