Она различает четыре состояния, которые со стороны неотличимы. Замирание — то, что происходит с телом при опасности. Отрешённость — когда человек отходит подальше от текущего переживания, чтобы не было больно. Равнодушие — когда внутри остаётся выгоревшее поле. И молчание, наполненное огнём жизни и сострадания, которое не имеет к первым трём никакого отношения.
Различить их изнутри бывает трудно. У многих из нас сейчас предостаточно событий, в которых способность не чувствовать становится единственным способом спасения. Она делает своё дело, и в целом хорошо, что она есть, ибо выполняет роль предохранителя при критическом повышении нагрузки. Но она и не спрашивает нас, а включается сама. А то, что происходит автоматически, не всегда именно то, что нужно сейчас, что нужно нам, на духовном пути. И замечать, что она включилась, — это важная часть нашей практики.
Мертон не предлагает покоя. Он спрашивает: как можно быть неподвижным и безмолвным, как камень, и при этом живым, как огонь? Как быть пылающим молчанием?
Мы сидим сорок минут молча, каждое утро и каждый вечер. Мне кажется, этот вопрос стоит держать при себе, когда садишься.
Не думай,
что ты всё ещё
намного меньше,
чем однажды будешь.
Скорее
будь тем, что ты есть (но кем?)
будь немыслимым,
с которым незнаком. О будь неподвижен, пока
ты ещё жив.