Железногорск, у нас тут контент подъехал.
Вчера под мостом на Транзитной нашли гранату.
Да-да. Самую настоящую на вид гранату.
Всё как положено: обнаружили — забеспокоились — приехали специалисты — аккуратно подняли, осмотрели.
И тут сюжетный твист:
Граната оказалась страйкбольной.
То есть теракт отменяется, можно возвращаться к своим обычным делам.
Но меня теперь интересует другое.
А зачем она там лежала?
Потому что просто так страйкбольные гранаты под мостом обычно не размножаются.
Может, кто-то тренировался.
Может, потерял.
А может, это был социальный эксперимент:
— А давайте положим гранату под мостом и посмотрим, насколько быстро её найдут.
— А если найдут?
— Значит, бдительность высокая.
— А если не найдут?
— Значит, будем класть ещё.
Короче, система тестирования работает.
Мы живём в удивительное время, когда новость начинается со слова «граната», а заканчивается словами «страйкбольная», и ты такой:
ну слава богу, можно дальше спокойно жить.
Хотя, конечно, остаётся один вопрос.
Кто следующий?
Петарда?
Учебная мина?
Манекен террориста?
Железногорск, пожалуйста, остановись.
У нас и так достаточно поводов для нервного тика.