Из разговоров с админом другого, не менее замечательного канала, добрым другом с ласковым прозвищем, отражающим как текущую профессию, так и опыт срочной службы.

Дозор. Ночь. Двое легионеров, Гай и Луций, стоят у частокола.

Гай (сплёвывая): Слышал? Муммия разбили под Кантиной. Наши бежали, как зайцы.

Луций: Не бежали бы, если бы пиллумы не сломались об их щиты, а легат не оставил нас без прикрытия. Только кости свои подставляли под копья рабов.

Гай: Теперь Муммий оправдывается, что у него людей мало было. А Красс… Ты видел, что он сделал после отступления? Каждого десятого из наших — палками насмерть. Своих же!

Луций (хмуро): Знаю. Сам считал. Говорят, он так дисциплину вбивает. Только где она была, дисциплина, когда мы третью неделю без нормального пайка идём? А сам Красс, пока мы гниём здесь, считает прибыль с имений, купленных на крови Суллы.

Гай: Вот именно. Мы воюем с гладиаторами, а наш главнокомандующий — самый удачливый ростовщик в Риме. Скажи, Луций, за чей живот мы сейчас рискуем? За свой или за его проскрипционные таланты?

Луций: Помолчи, Гай… Услышат — и ты следующий в децимацию попадёшь. Но ты прав: смех один. Легаты глупые, Красс жадный, а умирать — нам. Всегда так было, и всегда так будет.

Гай (вглядываясь в темноту): Молчу. Но если завтра снова поведут в бой, пусть Красс сам идёт в первой шеренге. Посмотрим, как его серебряные доспехи выдержат удар рабского меча.

Луций: Договорились. Только давай доживём до рассвета…

P. S.: напомню, восстание Спартака было разгромлено легионами Марка Лициния Красса, третьего командующего данной операцией.