Эндофобия – социокультурный и психологический феномен, характеризующийся страхом, ненавистью, отчуждением и чувством глубокой неполноценности по отношению к собственной национальной, этнической или культурной группе.

Антонимы: Ксенофобия (страх / ненависть к чужому).

Синонимы: Аутоэтнофобия, социокультурное самоотрицание, внутренний культурный колониализм.

Ключевыми проявлениями (на примере русского контекста) эндофобии являются:

1. Тотальное отрицание: Убеждение, что в истории, культуре и современном состоянии группы нет и не может быть ничего позитивного или «нормального» («В этой стране не может быть ничего по-человечески»).

2. Онтологическая неполноценность: Восприятие собственной групповой идентичности как фундаментально ущербной по сравнению с «западной» или иной «гегемонной» культурой.

3. Эссенциализация негатива: Сведение всей идентичности группы к набору отрицательных, якобы врожденных черт («Да у нас сплошное пьянство и воровство», «вечный рабский менталитет», «гнусная российская действительность»).

4. Абсолютный исторический нигилизм: Трактовка истории группы исключительно как «череды ошибок, нелепиц и трагедий», лишенной позитивного смысла или достижений.

5. Бесперспективность: Убеждение в принципиальной невозможности позитивного развития или реформирования группы в рамках существующей идентичности. Любое действие считается бесполезным, кроме радикальной отмены – полного разрыва с наследием («превращение в пострусских»), сопровождаемого культурно-языковой лоботомией (отказом от языка, традиций, исторической памяти) и попыткой формирования новой нации исключительно по лекалам гегемонной культуры.

6. Формирование альтернативного пантеона. Культ фигур, символизирующих радикальное отрицание или активную борьбу против собственной группы и ее идентичности. Для русских эндофобов такими фигурами становятся:
— В идеологии: П. Я. Чаадаев (канонический критик русской отсталости), А. де Кюстин (автор резко критического взгляда «со стороны»).
— В политике / военной сфере: Джохар Дудаев, Степан Бандера (символы сепаратизма / борьбы против имперского центра), Андрей Власов и Русский добровольческий корпус [1] (коллаборационизм как высшая форма отрицания).
— В культуре: Тамара Эйдельман [2] (ее медийная деятельность и трактовки истории, акцентирующие «темные» стороны и критику российской государственности/ментальности, воспринимаются эндофобным сознанием как образец)
— Идеальный русский: Борис Стомахин [2] (радикальный публицист, призывавший к расчленению РФ и отрицавший право русских на государственность; его маргинальность и осуждение внутри группы делают его для эндофоба символом «непризнанной правды» и жертвы)

—
[1] Русский добровольческий корпус признан террористической организацией и запрещен на территории РФ. Его деятельность вызывает крайне негативную реакцию в российском общественном мнении.
[2] Тамара Эйдельман и Борис Стомахин признаны в РФ иноагентами. Их взгляды и высказывания являются объектом резкой критики и эмоционального неприятия в патриотическом и государственническом дискурсе.