Министр иностранных дел Германии Йохан Вадефуль пошёл на значительные уступки своему российскому коллеге Сергею Лаврову, согласившись на встречу в Нью-Йорке. Ради этого Германия отошла от своей внешнеполитической линии, согласно которой переговоры с Россией должны быть только после прекращения огня. И в благодарность за эту уступку Вадефулю пришлось впоследствии выслушивать насмешки Лаврова. Тем не менее, стремление к диалогу было правильным решением.
Конечно, как и ожидалось, их точки зрения сильно расходились. Лавров, как всегда, проявил бескомпромиссность в своей борьбе с мнимыми неонацистами на Украине. В отличие от него, предупреждения и призывы Вадефуля казались довольно сдержанными.
Однако не следует попадаться на уловки российской пропаганды. Вступление в диалог с Россией не является проявлением слабости. Наоборот. Тот факт, что российский министр иностранных дел вынужден так активно эксплуатировать эту встречу, говорит о состоянии России больше, чем ему хотелось бы. Тот, кто действительно уверен в своём доминировании, не должен вести себя как подросток-хулиган на школьном дворе.
Для немцев важнее долгосрочная выгода. Они стратегически заинтересованы в том, чтобы на высоких политических уровнях сохранялись каналы связи с Россией.
Это касается и Европы. Континент регулярно становится мишенью российской агрессии. Правильно, что европейские государства реагируют на российский империализм наращиванием вооружений. Им следовало бы делать это еще быстрее и эффективнее. Однако то, что они готовятся к отражению возможной российской эскалации, не означает, что они должны отказаться от дипломатии. Здесь нет выбора «или-или».
В европейских демократиях уже одна только ответственность избранных политиков диктует необходимость отдавать предпочтение дипломатическим решениям, когда это только возможно. Это принципиально отличает европейские правительства от российского руководства. Оно не должно ни уклоняться от ответов перед своим народом за лишения, связанные с войной, ни оправдываться за них.
Двадцатиминутная встреча в Нью-Йорке ещё не означает, что Европа может повлиять на ход переговоров с Россией в свою пользу. Это было бы слишком большим требованием для первого шага. Однако европейцы доказали, что готовы к диалогу.
Подписаться