Читать «Я никогда не обещала тебе сад из роз» Джоанн Гринберг всë равно что знакомиться со своим безумием. Вообще, закрыв последнюю страницу, у меня ощущение, что я долго и успешно рыдала часами напролёт, пока, наконец, полностью не выплакалась. И сейчас блаженно наслаждаюсь своей лёгкостью.

Сюжет, если вкратце, – автобиографичное произведение (везёт мне на них в этом месяце) про девушку, которая с 15 по 19 лет пролежала в психиатрической клиники, лечась от шизофрении. В первую очередь, читая роман, я открыла для себя, что больных шизофренией представляла совсем иначе. В моём воображении это почти всегда была глубокая форма безумия напополам с отчаянием и, словно бы, чёрная дыра пустоты в душе человека, которую невозможно не почувствовать. На самом деле, больные могут хорошо скрывать шизофрению, выглядя нормальными. На самом деле, выглядеть нормальными могут тяжело больные даже в одной из самых тяжёлых стадий. Роман поначалу как будто вкрадчиво проверяет пульс, постоянно спрашивая: «а с тобой всё хорошо? Уверен? Ладно, поживëм – увидим».

Главная героиня, Дебора, в детском лагере придумала свой собственный мир – Ир, спасаясь от буллинга со стороны детей, а потом и взрослых. Поначалу Ир был её спасением, потом стал стеной и защитой, а затем забрал её подчистую, отчего Дебора перестала различать реальность и Ир. Но, самое главное, Ир стал жесток. Его законы развивались, правила ужесточались, ему становилось мало той части Деборы, которую она ему посвящала, и она посвящала всё больше, пока ничего не осталось от неё самой.

Само бытие в психиатрической клиники не так похоже на знаменитый «Над кукушкиным гнездом», как я ожидала. Кен Кизи писал литературно, горько, но всё же – художественно. Гринберг же описывает свою жизнь, отчего повествование, как и реальность порой скачет. Изумительно показано, как фантазии Ира пробиваются в сознание Деборы – ненароком и мимоходом, спустя пару мгновений захватывая всё внимание. И лечение – не единовременный процесс, а череда спусков и подъёмов, которых так много, что к концу сбиваешься со счёта. Гарантий, что ты здоров – нет. Гарантий, что ты болен, впрочем, тоже.