Сегодня сеанс ретрофутуризма: поговорим о будущем, которое технологии создали в прошлом. О жестокой борьбе между … живописью и фотографией. Этот давний кейс научит нас не бояться технологий.
В самом деле, нас пугают: «Придут ИИ и роботы – заберут нашу работу». Или даже не работу, а самое святое (см. пост про секс-роботов). И этот кейс «живопись против фотографии» покажет, куда ведут такие наезды. Спойлер: забрать не забрали, но общество радикально
Краткая история вопроса. Начиная с примерно XIV века, европейская живопись шла в направлении все большей реалистичности изображения. Революцию совершил Джотто: у него появилось что-то вроде перспективы, ощущение веса и объема фигур, реалистичная передача эмоций.
Далее сменялись живописные техники, предпочтительные сюжеты, материалы, заказчики, целевые аудитории – но тренд на реалистичность столетиями оставался неизменным. Пусть и с отклонениями по пути (маньеристы, рококо).
К XIX веку реализм в живописи достиг предела возможного. При желании художник мог изобразить любой предмет или человека более живым и реальным, чем в самой реальности. И вдруг … случился disrupt: в 1839 году на рынок вышла фотография.
Тут же раздался стон: «Отныне живопись мертва!» (© Поль Деларош), «Фотография – это приют для всех неудавшихся художников, слишком невежественных или слишком ленивых» (© Шарль Бодлер). Ничего не напоминает?
Что было дальше:
1. Фотография забрала у художников массовый спрос. Теперь каждый мог сам сделать портрет или заказать его у фотографа – это было дешевле и быстрее, чем у художника. Фиксация реальности перешла в режим DIY (Do It Yourself).
2. Сами художники начали пользоваться фотографией – например, чтобы не заставлять заказчика подолгу позировать для портрета. И воровали идеи у фотографии: так Эдгар Дега в своих картинах использовал характерные для нее смелые ракурсы и как бы случайные композиции.
3. Главное. Живопись сместила свой фокус: с одержимости реальностью на одержимость ощущениями, эмоциями и концепциями. Ответом на disrupt и избыток реализма стали художественные течения XIX века: импрессионисты во Франции, прерафаэлиты в Англии, Сецессион в Германии и Австрии. И далее по нарастающей: постимпрессионисты, фовисты, экспрессионисты, кубисты, абстракционисты, дадаисты, поп-артисты, постмодернисты … Живопись все более освобождалась от реальности.
4. Живопись стала объектом элитного потребления. Речь даже не о шедеврах за десятки млн. долларов. Речь о престиже вещей, изготовленных руками: они стоят дорого, и этим ценны для определенной аудитории.
5. Сама фотография начала отрываться от реальности, превращаясь из фиксации визуала в самостоятельный жанр искусства, исследующий мир эмоций, концепций, ценностей. Фотограф теперь тоже художник. А фотоаппарат – это просто замена холста и красок.
Этот урок трансформации актуален и сегодня. Прикинем, например: оставит ли ИИ без работы дизайнеров и художников? Отвечаем по схеме борьбы живописи и фотографии:
1. Да, массовое рисование перейдет в режим DIY. Теперь любой пользователь сможет навалять котиков с помощью ИИ, отобрав хлеб у профи.
2. Художники уже сами пользуются ИИ: для генерации идей, моделирования сложных сцен и текстур, экспериментов со стилями.
3. Живопись продолжает движение прочь от фиксации реальности – и тут ИИ не нужен. Малевичу с «Черным квадратом» или Дюшану с его «Фонтаном» ИИ вряд ли помог бы.
4. Всегда останутся клиенты, ценящие работу руками и вложенную художником душу (наивные?).
5. Сам ИИ становится инструментом для художника. Как художественная фотография заменила холст и краски на фотоаппарат – так и новая живопись заменит холст и краски на ИИ.
В общем, повод для оптимизма есть: ИИ не убьет живопись, хотя и заставит ее еще раз радикально измениться. И дизайнеры с художниками не останутся без работы, хотя многим придется переосмыслить свое ремесло. А обычным пользователям станет проще плодить их любимых котиков.
ДЗ: применить эту схему к другим страшилкам. Например, что ИИ оставит программистов без штанов.