❤️ Маленькое изменение
Теперь все свои зарисовки буду выкладывать вот сюда:
©️ https://t.me/Sketches_Salem ©️
Сюда же продолжу выкладывать информацию о сказке и порой посты о личной жизни 🌟
Как прошел ваш сентябрь?
ИС @blackk_catss
❤️ Маленькое изменение
Как прошел ваш сентябрь?
This post (sticker, poll or similar) has no web preview. Open in Telegram
This post (sticker, poll or similar) has no web preview. Open in Telegram
This post (sticker, poll or similar) has no web preview. Open in Telegram
This post (sticker, poll or similar) has no web preview. Open in Telegram
This post (sticker, poll or similar) has no web preview. Open in Telegram
This post (sticker, poll or similar) has no web preview. Open in Telegram
Forwarded from *ੈ Салем Котовична °࿐
This post (sticker, poll or similar) has no web preview. Open in Telegram
This post (sticker, poll or similar) has no web preview. Open in Telegram
Хедканон на то, что Фрирен сокращала имя Гиммель - "Гим", а Гиммель в свою очередь называл Фрирен "Звёздочкой" и время от времени сокращалее имя "Фри".
Две концовки. Выбрать вы можете любую.
Вздохнув, Гиммель смял листок и выбросил его на пол, затем положил перо на стол. Ему не хотелось приносить эльфийке боль, не хотелось, чтобы после прочтения она винила себя в чём-то и страдала. Но он всё же решил оставить ей кулон в виде сердца, купленный совсем недавно. А к нему записку: «Прими мой подарок, Фри. Надеюсь, с ним ты уж точно никогда не забудешь меня.»
Всё это было оставлено на столе, предназначенном лишь одной-единственной эльфийке в этом мире.
Он тихо прикрыл дверь и вышел в ночь. Воздух был прозрачным и холодным. Где-то вдали уже разгорался тот самый метеоритный дождь, который она так любила. Гиммель постоял мгновение, глядя в небо, и улыбнулся. Впервые за много лет легко, почти по-мальчишески. Ему казалось, что он всё сделал правильно. Что теперь она будет помнить его не с болью, а с лёгкой грустью, как вспоминают старых друзей. Что она пойдёт дальше и в этом будет его тихое счастье.
Он не знал, что та записка, скомканная и брошенная на пол, так и останется лежать под столом — там, где никто не найдёт её до самого утра. А когда Фрирен войдёт в комнату, она заметит лишь кулон на столе, прочитает короткие строки и, быть может, улыбнётся. Но она никогда не узнает, что Гиммель писал ей и что выбросил. Что он сидел над этим листком до рассвета, перечёркивая слова, в которых были все его пятьдесят лет одиночества, вся его любовь, которую он так и не решился подарить.
Она поднимет кулон, наденет его и уйдёт с чувством лёгкой благодарности, не подозревая, что несколько часов назад на этом же месте человек, которого она считала просто дорогим спутником, оставил своё сердце не в кулоне, а в смятом, никому не нужном клочке бумаги, упавшем в тень.
И Гиммель уже никогда не узнает, что она всё же иногда смотрит на небо и думает о нём, но она не думает о том, что он ждал. Любил. Она просто вспоминает его как друга.
Спустя много лет, когда кто-то будет разбирать старые вещи в том доме, найдут под столом пожелтевший, почти рассыпающийся листок. На нём едва угадываются слова, выведенные дрожащей рукой. Но прочесть их уже не сможет никто — ни она, ни тот, кто написал их с такой надеждой.
Прочитав записку Гиммеля, Фрирен не сразу поняла, что плачет. Слёзы сами скатывались по её щекам и падали на пергамент, оставляя на выцветших чернилах мокрые, дрожащие следы. Сердце разрывалось от тяжести, которую она так долго не замечала, и из груди вырвался немой крик, полный боли. Позади неё стояли Айзен и Хайтер. Один мягко гладил её по голове, другой - по спине. Они не мешали, не произносили пустых слов, только ждали, когда Фрирен выплачется и сможет вдохнуть ровно.
– Прости, Гим… – едва слышно прошептала эльфийка, сжимая пергамент и прижимая его к сердцу так сильно, что сквозь холодную бумагу вдруг почувствовалось слабое, почти живое тепло. — Прости, что не навестила тебя раньше… прости, что оставила тебя одного…
Она опустилась на колени, не в силах больше стоять. Пол под ней казался чужим, холодным, а мир вдруг стал слишком тихим.
Фрирен перечитывала строки снова и снова, и каждая фраза вонзалась глубже предыдущей. «Я мог бы жениться, иметь детей, иметь счастье, но я выбрал одиночество. Я выбрал тебя.» Она слышала его голос в этих словах — мягкий, тёплый, немного насмешливый, каким он всегда был рядом с ней. Но сейчас в этом голосе не было шуток. Только правда. Правда, которую она прозевала за пятьдесят лет.
Айзен молча положил тяжёлую ладонь ей на плечо. Хайтер присел рядом, не говоря ни слова, но его присутствие было как тонкая нить, удерживающая её от падения в пустоту. Фрирен поднесла пергамент к губам, словно пытаясь дотронуться до него в последний раз, и прошептала в мокрую бумагу:
– Ты ждал меня. Все пятьдесят лет. А я… я собирала бесполезные заклинания. Я думала, у нас есть вечность. Я думала, ты всегда будешь там, где я тебя оставила. Прости меня, Гиммель. Прости за то, что я не умела любить так, как ты.
Она подняла голову к потолку, пытаясь сдержать новый поток слёз, но они не слушались. Сквозь них она увидела тот самый метеоритный дождь, который когда-то показывала ему. Тогда она не поняла, почему он смотрел не на небо, а на неё. Теперь поняла. Слишком поздно.
– Я бы отдала все свои заклинания, – выдохнула она, голос её сорвался, – все века, все открытия, лишь бы ты мог услышать это сейчас. Лишь бы знать, что я тоже… я тоже…
Она не договорила. Слова застряли в горле, потому что сказать их было некому. Только холодный кулон на её груди, только смятая бумага в руках, только двое старых друзей, которые держали её, пока она рушилась.
Хайтер тихо кашлянул, вытирая уголок глаза, и положил руку поверх её ладони, сжимающей пергамент.
– Он знал, Фрирен. – голос его был хриплым, но тёплым. – Он знал, что ты поймёшь. Может, не сразу. Но он верил.
Фрирен медленно кивнула, но внутри неё пульсировала одна мысль, холодная и острая, как лезвие: он верил, а она не пришла.

Forwarded from *ੈ Салем Котовична °࿐
This post (sticker, poll or similar) has no web preview. Open in Telegram
This post (sticker, poll or similar) has no web preview. Open in Telegram
This post (sticker, poll or similar) has no web preview. Open in Telegram
This post (sticker, poll or similar) has no web preview. Open in Telegram


Особенно когда дело доходит до писательства. Порой мы не замечаем как ставим для себя планку. В голове текст выглядит идеальным, а когда мы переписываем все это на чистый листок, то сами слова уже не кажутся таковым и тут внутри просыпается "критик": "Фу! Выглядит ужасно по сравнению с тем, что у меня в голове, лучше завтра начну писать.", "Нет, не сегодня. Настроения подходящего нет".
Я часто завышала планку из-за чего даже возникало выгорание к писательству. Я могла часами сидеть над чистым листком, не зная как начать, чтобы получилось сразу мега супер и идеально.
По итогу я просто начала писать то, что первое приходило в голову. Сначала зарисовка, а затем уже больше описаний. Прямо как в рисование: сначала скетч, а затем рендер.