Ф184

Отвечая на вопрос о причинах публикации файлов Эпштейна, Галковский прибегает к биологической метафоре эусоциальных насекомых. Дмитрий Евгеньевич утверждает, что наиболее унасекомленным является высший или правящий класс, поведение которого, обусловленное выживанием государства, максимально лишено (иллюзии?) индивидуального сознания.

Галковский разделяет природу человека и общества на два ключевых домена - млекопитающий и инсектоидно-птичий. Первому соответствует индивидуальное сознание и обоняние; второму - коллективное сознание (роевой интеллект?) и зрение (интересно, что Ги Дебор редуцировал современное ему общество спектакля именно к функции зрения). Итак, современное общество состоит из инсектоидных центров, отдающих хромировано-хитиновым блеском, и млекопитающими окраинами. Это стилистическое разделение знакомо нам с антиутопий 19-20 веков, где сверкающий тоталитарный центр преследует млекопитающих партизанов, ютящихся в магазине старьевщика ради кофе и сахара. Сама же эта идея восходит еще к «Политике» Аристотеля, считавшего человека более социальным существом чем пчелы.

Человек во власти управляет государственной инфраструктурой, и чем выше власть, тем с более масштабной и критичной инфраструктурой он соединен, и тем менее возможен произвол и личное начало. К каждой инфраструктурной сетке (энергетической, транспортной, пищевой, информационной) прикреплен свой штат функционеров, которые скорее следуют за логикой процесса, чем создают его, что позволяет посмотреть на это как на единый, пардон, человеко-инфраструктурный комплекс или организм. Это отчетливо видно в эксперименте со слизевиком и японской железнодорожной сетью - штат инженеров и слизевик создают одну структуру взаимосвязей между ресурсными точками. Можно сказать, что человек идет за логикой инфраструктуры, а не произвольно создает ее, и этот путь абсолютно естественен.

Объединение Евросоюза началось именно как инфраструктурное объединение, детерминированное природной логикой оптимизации, но этот процесс присущ всей мировой инфраструктуре, поэтому соответствующая интеграция Евразии вокруг нового Шелкового пути логически естественное развитие событий. Но тут вступает в игру геополитика, которую впору называть теорией инфраструктурной конкуренции, с учетом японского эксперимента, могущей описываться как соперничество двух или более «слизевиков» (структур потребления и распределения ресурсов).

В этом смысле США противостоят естественному процессу интеграции, но любое противостояние природной естественности трудозатратно и не может длится долго, поэтому американское правительство и принимает такие экстренные шаги интеграции своей инфраструктуры с Канадой, Гренландией или Мексикой. В каком то смысле, это война инфраструктурных чудовищ, «киборгов», состоящих из материальной части и биораспределителей ресурса.

#биоредукция #эпштейниада #Галковский #инсектоиды