Как на тебя влияет атмосфера в семье, среди друзей, в рабочем коллективе? Что триггерит, а что успокаивает?
На меня влияет всё. Наверное, короткий ответ такой: триггерить может практически всё. Мы, люди с такой чувствительностью, иногда просто очень чувствительные люди. Моя мама, например, не очень верит в психиатрию и психиатрические диагнозы. Она говорит, что всё потому, что мы Рыбы. Я февральская Рыба, у меня есть дочка — она мартовская Рыба, но мама считает, что она не такая тонкая и чувствительная, как я. А я, конечно, по её версии, просто сверхчувствительная Рыба. И в каком-то смысле это хорошая метафора. У меня может быть ощущение, что даже если человек просто посмотрел куда-то в сторону, не заметил меня или был занят своими мыслями, я уже могу начать строить вокруг этого целую историю.
В моей голове за секунду может произойти всё: я могу решить, что человек меня ненавидит, что я его ненавижу, что мы больше никогда не будем общаться, а потом уже представить, как мы снова помирились, поженились, развелись и воспитываем детей. Весь этот огромный эмоциональный сценарий может прокрутиться буквально за несколько мгновений. И вот здесь мне очень помогает диалектико-поведенческая терапия. Большой блок ДПТ посвящён осознанности — умению замечать, что происходит прямо сейчас, возвращаться в реальность и отделять реальные события от того, что происходит у меня в голове.
Это не значит, что я перестала чувствовать. Скорее я научилась быстрее замечать: «Так, сейчас я уже не в реальной ситуации, а в своём внутреннем сценарии». И это помогает меньше раскручиваться. Вообще, когда в жизни становится больше моментов осознанности, у меня остаётся меньше времени на то, чтобы мысленно с кем-то поссориться, пережить расставание, поплакать, придумать десять вариантов развития событий и прожить их все.
Но если говорить честно, триггерить может всё. И одновременно всё может так же быстро поднять меня до невероятного восторга. Эти перепады могут происходить очень быстро — иногда кажется, что несколько десятков разных эмоциональных жизней помещаются в один день.
Какая для меня идеальная рабочая атмосфера?
Все счастливые, все вовлечённые, всё происходит вместе, всё в какой-то игровой форме, все поддерживают друг друга. И сейчас я понимаю, что это, наверное, моя очень детская история. У меня, кажется, до сих пор есть травма из-за того, что я никогда не была пионеркой. Я правда переживала из-за этого. За несколько лет до того, как я должна была вступить в пионеры, их отменили. А до этого я с трёх лет почему-то очень хотела этого. У меня был красный галстук, который кто-то мне подарил, я училась его завязывать, смотрела по телевизору, как правильно отдавать пионерскую честь. Мне очень хотелось быть частью этого большого коллектива — как в фильмах про пионеров, где все вместе, все друг за друга. И вот это ощущение коллектива, принадлежности, общей идеи — оно мне до сих пор очень близко. Я не уверена, что это именно советские ценности. Возможно, это гораздо шире: какие-то базовые человеческие вещи — чувство общности, взаимопомощь, ощущение, что ты не один. В этом есть что-то от коммунальности, от общины, даже от хиппи-идеи: мы вместе, мы поддерживаем друг друга.
В работе для меня это очень важно. Но пока я это говорю, я понимаю, что здесь есть и обратная сторона. Возникает вопрос: а не означает ли это, что мне сложно с личными границами — и со своими, и с чужими? Возможно, да. Потому что большая часть сложностей, которые у меня возникают в рабочих отношениях, как раз связана с тем, что у меня не всегда хорошо выстроены рабочие границы. Но в моей идеальной картинке почему-то я мечтаю, что этих границ нет ни у кого. Что все просто находятся в одном общем потоке, всё делают вместе и всем хорошо. И я понимаю, что в реальности так не работает. Но вот эта фантазия про идеальный рабочий пионерлагерь, где все вместе и все друг за друга, у меня до сих пор где-то живёт.
Продолжение в следующее воскресенье 💫
#на_нейро_пике