​​Южная и Центральная Америка: важные процессы (5)

После того, как Государственный департамент США официально обозначил венесуэльское преступное сообщество «Картель Солнц» в качестве террористической организации, перед администрацией Трампа не остается каких-либо правовых препятствий для применения военной силы против Венесуэлы без соответствующего согласования с конгрессом. Удары по плавсредствам, которые, как заявляют США, участвуют в незаконном обороте наркотиков, демонстративные полеты американских самолетов по кромке венесуэльского воздушного пространства, наращивание военных сил и непрерывные учения в Карибском регионе приняли рутинный характер.

В конце ноября США обнародовали очередную версию своей стратегии национальной безопасности. По содержанию и коннотациям документ радикально отличается от своих предшествующих аватаров, чемвызывает неоднозначную реакцию и множество непростых вопросов. Одним из постулируемых направлений стратегии национальной безопасности эпохи «трампизма» является восстановление и продвижение американского влияния в Западном полушарии, которому предстоит «зачистка» от проникновения стратегических соперников США. По сути, речь идет о своего рода реинкарнации пресловутой «доктрины Монро», опирающейся на геополитические, геоэкономические, и технологические модальности 21 века. В таком контексте, Венесуэла представляет собой логически обоснованный стартовый рубеж.

Проникновение КНР – основного стратегического конкурента США на всю обозримую перспективу – в Центральную и Южную Америку поражает своими масштабами и рассматривается Вашингтоном в качестве самого серьезного вызова. В матрице угроз США видят не столько экономическую и логистическую экспансию КНР, но и потенциальную вероятность создания в Венесуэле китайского военно-политического плацдарма.

С РФ все яснее и проще. Каракас и Москва активно сотрудничают по нескольким направлениям, выведя двусторонние отношения на стратегический уровень. До исчерпания своих финансовых ресурсов (то есть, до середины 2010-х гг.), Венесуэла закупала в РФ весьма современное вооружение. включая авиационную технику и средства ПВО. Российские стратегические бомбардировщики пару раз совершили трансатлантические перелеты с базированием на венесуэльские аэродромы; видимо, по замыслу «центров принятия решений», это должно было нервировать Штаты реминисценцией Карибского кризиса 1962 года. В стране развернута российская оперативная группа «Экватор», обучающая местных военных и ведущая радиотехническую разведку против США. Топливно-энергетический комплекс Венесуэлы фактически стала вотчиной «Роснефти».

Третьим раздражителем американских «ястребов» стал Иран, установивший с режимом Мадуро тесные контакты по линии «антиимпериалистической солидарности». Которая не ограничивалась лишь одними декларациями, а также распространялась на военно-политическую,нефтяную и пр. сферы.
Как и чем может указанное трио оказать поддержку своему тропическому партнеру-союзнику в случае, если дело дойдет до форс-мажора? Коротко – почти никак.

Пекин вряд ли пойдет на оказание прямой помощи Каракасу, ограничившись заявлениями с осуждениями. По факту, Китай немного потеряет, лишившись одной из пешек на глобальной шахматной доске, и отыграет ее в другой раз и в другом месте. К тому же, он будет только в выигрыше, если венесуэльский гамбит США пойдет не по плану и трансформируется в затяжной кризис.

Москва, сделавшая главную ставку на Трампа в формате своей войны на украинско-европейском направлении и вынужденно пригасившая антиамериканский дискурс, находится в двусмысленном положении. По-видимому, здесь тоже все ограничится в основном вербальной реакцией. В этой связи уместно вспомнить декабрь 2024 года в Сирии.

Наконец, Иран. В отношении его гипотетической помощи Венесуэле будут иметь решающее значение все те же факторы географии (удаленность), времени (дефицит), и собственной стратегической уязвимости (конфликт с Израилем).