​​Немного о Китае (10)

Видимо, в восточной Азии разворачивается спираль весьма серьезной конфронтации между Токио и Пекином.

Исходная точка нынешнего обострения обозначилась 7 ноября, когда японский премьер-министр Санаэ Такити заявила о готовности применить силу для защиты национальных интересов в случае китайской блокадыТайваня, которая явилась бы «экзистенциональной угрозой» для национальной безопасности страны. Ее высказывание спровоцировало мгновенную бурную реакцию, как по линии китайского дипломатического ведомства, так и официозных СМИ. Наиболее экспрессивным высказыванием отличился генконсул КНР в Осаке, разместивший на своем аккаунте в соцсети угрозу «отрубить поганую голову» главе японского кабинета.

Вербальные атаки идут в пакете с практическими действиями. Пекин вновь запретил импорт японских морепродуктов, который только недавно возобновилсяпосле длительного перерыва. Китайские власти «настойчиво рекомендуют» своим гражданам быть «сознательными патриотами» и отменить шоппинг-туры в Японию, в связи с чем авиакомпании готовы даже отказаться от штрафов за возвращенные авиабилеты. Студентам, обучающимся в японских университетах, рекомендовано вернуться в связи с некими «нападениями на китайских граждан» (о которых на самом деле ничего неизвестно). Как ожидается, экономические репрессалии в совокупности дадут существенный эффект. Достаточно знать, что туризм занимает вторую позицию по величине поступлений в доходную часть японского бюджета (после экспорта автомобилей), а из 31,7 миллионов иностранных туристов, посетивших острова в первые девять месяцев текущего года, 7,5 миллионов прибыли из КНР.

Текущий дипломатический кризис накладывается на более широкие тенденции. Всеракурсное наращивание военной мощи Китая очевидно. Очевидно также, что и Япония более не намерена почивать на ниве пацифизма. Каденция С. Такити, политика правонационалистического толка, придает ускорение тренду японской ремилитаризации. «Мозговые центры» правящей Либерально-демократической партии, в которых достаточно отставных генералов и адмиралов, активно работают над пересмотром стратегии национальной безопасности и оборонной доктрины. Уже в наступающем году уровень расходов на оборону и безопасность будет доведен до двух процентов от ВВП. Значительная их часть пойдет на приобретение новейших систем вооружения, в том числе крылатых ракет дальностью свыше 1000 км, противокорабельных ракет, средств ПВО и противоракетной обороны, и беспилотных систем различного назначения. На подходе решение о разработке собственных подводных лодок с ядерной энергетической установкой. Ожидается отказ от самоограничений на экспорт вооружения (который уже не действует де факто). Постепенно начинает дискутироваться даже ключевой элемент политики национальной безопасности Японии после 1945 года: не обладать, не производить, и не размещать на своей территории ядерное оружие.

Характерная деталь: озвучивая антияпонскую риторику, Пекин неоднократно упоминает итоги Второй мировой войны, в духе «можем повторить». В качестве примечания заметим, что Китай сыграл далеко не самую значимую роль в поражении японского милитаризма в 1945 году. Сегодня КНР ссылается на не слишком широко известные положения Устава ООН (среди учредителей которой было правительство Гоминьдана), которые формируют правовые основания для военных действий против виновников развязывания Второй мировой войны в «случае возобновления агрессии». Выглядит как поиск формальных международно-правовых оснований для «активных действий».
Китайцы также помнят, что ныне японская Окинава до 1870 года была под их сюзеренитетом, а Тайвань полвека (с 1895 г., после поражения Китая в войне с экспансионистской Японией, по 1945 г.) находился под японским контролем. Похоже, что демоны прошлого проснулись, и тенденция к «пересмотру незакрытых итогов» набирает ускорение, формируя взаимосвязанный контур глобального конфликта от Евро-Атлантики до Индо-Пасифики.