В танцах все стабильно.

● США ставят первыми Чок и Бейтса с внушительным отрывом от Фурнье-Бодри и Сизерона. Кстати, единственная десятка в протоколе американцев все же не от своего арбитра, а от Китая.

● Франция отвечает взаимностью, но более скромно, что в итоге влияет на итоговый разрыв между первым и вторым местами.

● У Великобритании своя атмосфера: Фир / Гибсон, Рид / Амрулевичюс и Фурнье-Бодри / Сизерон оказываются на одном уровне. А Гиллес и Пуарье – в безнадежных десяти баллах от первого места, как будто в принципе отказались, например, от твиззлов.

● Канада тоже не сдается и работает на два фронта, с одной стороны, подтягивая Пайпер и Поля, а с другой – помогая американцам. Кажется, с олимпийскими золотыми амбициями Чок и Бейтса в этом цикле они уже смирились, а вот с внезапно спутавшим все карты возвращением Сизерона – нет.

А еще танцы дошли до той абсурдной точки, в которой ты можешь прокатать свою программу половину сезона, а в финале Гран-при вдруг получить два балла штрафа за запрещенное движение. Хотя, казалось бы, вопросы к Зингас и Колеснику должны были возникнуть по другому правилу – середину их танца с очень большой натяжкой можно охарактеризовать как high energy.

Судя по лицу Игоря Шпильбанда в кисс-энд-крае, он и сам не понял, с какой стороны прилетело его паре. На голове Эмилия у Вадима не сидела, на плечах не стояла, за шею ногами не держалась – практически все основания для штрафа сразу мимо. Возможно дело в прыжке в самом начале программы – техбригада могла насчитать в нем больше одного оборота. Загадка похлеще, чем с хореосеквенцией французов в Финляндии.