Недопуск до олимпийского отбора Степановой / Букина и Мишиной / Галлямова (очевидно, что федерация подавала именно их) сильно напоминает 2018 год, когда МОК молча срезал того же Букина и Столбову / Климова – с той, правда, разницей, что тогда у России хотя бы были другие представители в парах и танцах.

Наличие первым номером спорных для ISU кандидатур автоматически блокировало рассмотрение запасных, какой бы идеальной биографией они ни обладали. Это соответствует декабрьской коммуникации: у федерации есть ровно одна попытка угадать, кто пройдет отбор. Если претендент отсекается по каким-то параметрам, запасной не становится автоматом на его место: этот статус предусмотрен только для замен по здоровью.

Было ли риском заявлять всех лидеров изначально? Безусловно. В карьере Букина уже был один недопуск по туманным причинам; в «расстрельных списках» иностранных фанатов пара постоянно упоминалась из-за фотографий на послании Федеральному собранию. В конце концов, между дуэтами, не претендующими на топ-3, логично выбрать более молодой. Иронично, что это решение – воплощение того самого спортивного принципа, отказ от которого в Сочи-2014 припоминается федерации до сих пор.

Еще сложнее было представить заявку без Мишиной и Галлямова – явных лидеров цикла не только в России, но в мире. Даже с травмой (хотя ее серьезность, судя по последним апдейтам об отсутствии ледовых тренировок была занижена) – не дать им шанс выглядело вопиющей несправедливостью.

Да, теоретически была лазейка с тем, чтобы поставить первыми номерами более «благонадежных» кандидатов, чтобы ISU не споткнулся на них, а потом провернуть замену по травме. Такой способ максимизации шансов, на мой взгляд, изначально выглядел сомнительно: среди международных чиновников и иностранных фанатов нет дураков, которые бы поверили в заявку, где лидеры стоят запасными, а потом попадают на отбор после внезапного больничного основных участников.

Но гипотетически это дало бы шанс собрать полный комплект – хотя и без лидеров в танцах и парах. Решение максимально рациональное, хотя и сомнительной справедливости.

Сложно сказать, почему федерация подала именно такой список. Может быть, это результат несработавших кулуарных договоренностей – тех самых расширенных заявок, существовавших на уровне слухов. Может, просто не смогли включить холодный расчет и своими руками оставить лидеров дома. Представьте, что вам нужно сказать Галлямову, что он не едет на Олимпиаду, потому что слишком фривольно шутил над МОК в телеграм-канале, а для российских фигуристов в 2025 году именно это становится главным критерием отбора?

Федерация оставила право нажать на курок ISU. И сложно ее за это винить – слишком расплывчатыми изначально были критерии, и слишком велики шансы как излишне перестраховаться, так и излишне рискнуть.