15 лет спустя

В своей книге "Мозгоускорители" Ричард Нисбетт рассказывает, что исследования групп поддержки для людей после произошедших катастроф, где людям необходимо вспоминать инцидент снова и пересказывать его, не обнаружили доказательств того, что такая терапия полезна и снижает депрессию, тревожность и т.п.
При этом существуют некоторое доказательства, что люди, проходящие подобную терапию сразу после инцидентов, более подвержены ПТСР (Нисбетт дает ссылки на исследования: гл. 10, "Эксперименты естественные и подлинные").
Кратко говоря, обсуждать трагедию сразу после произошедшего может быть неэффективно и, есть вероятность, что даже вредно.
Должно пройти некоторое время после произошедшего, чтобы терапия начала быть полезной.

Я вспомнила сегодня об этом, когда читала статьи о трагедии, произошедшей в Беслане ровно 15 лет назад.
У нас почему-то не принято обдумывать и проживать страшные события в обществе, не принято снимать фильмы, писать книги и делать общественные обсуждения трагедий.

Тем важнее, что сейчас мы начинаем двигаться в эту сторону: появляются репортажи и документальные фильмы, спустя годы мы наконец получаем возможность обдумать, что же вообще произошло и как на нас это повлияло.

Кажется, 15 лет — это более чем достаточной срок, чтобы обсуждения стали полезными.

Вчера я смотрела фильм "Новой газеты" о том, что происходило вокруг теракта, до и после: https://www.novayagazeta.ru/articles/2019/08/28/81747-shkola-nomer-odin.

Сегодня читаю книгу Ольги Алленовой "Форпост. Беслан и его заложники".
Книга есть на Букмейте, главы из книги выложили у себя Медиазона, Медуза, Коммерсант и Сноб, выбирайте, что вам больше по вкусу.

"Поздно вечером пошел сильный ливень. Вода, лившаяся с неба, казалась непробиваемой стеной. В эту ночь в Беслане никто не спал. Люди не уходили домой, а прятались под козырьками магазинов и в ближайших подъездах. В штабе по оказанию психологической помощи работали врачи и психологи. Врачи разливали корвалол и валерьянку. Психологи разговаривали с людьми, но желающих поговорить было немного. Молодая женщина плакала, а психолог спрашивал ее, чего она боится.

— Я боюсь, что их убьют,— плакала женщина, зажимая рот носовым платком.

Я подумала, что эта женщина очень сильная. Потому что вот так честно сказать о своем страхе сможет не каждый.

— Не бойтесь,— говорил ей психолог.— Этого не произойдет.

— Откуда вы знаете? — спрашивала она с надеждой."