Bibliophage

По несчастью или к счастью,

Истина проста:

Никогда не возвращайся

В прежние места.

.

Даже если пепелище

Выглядит вполне,

Не найти того, что ищем,

Ни тебе, ни мне.

.

Путешествие в обратно

Я бы запретил,

Я прошу тебя, как брата,

Душу не мути.

.

А не то рвану по следу —

Кто меня вернёт? —

И на валенках уеду

В сорок пятый год.

.

В сорок пятом угадаю,

Там, где — боже мой! —

Будет мама молодая


Геннадий Шпаликов

КВАДРАТЫ

И все же порядок вещей нелеп.
Люди, плавящие металл,
Ткущие ткани, пекущие хлеб,
Кто-то бессовестно вас обокрал.

Не только ваш труд, любовь, досуг -
Украли пытливость открытых глаз;
Набором истин кормя из рук,
Уменье мыслить украли у вас.

На каждый вопрос вручили ответ.
Все видя, не видите вы ни зги.
Стали матрицами газет
Ваши безропотные мозги.

Вручили ответ на каждый вопрос...
Одетых и серенько и пестро,
Утром и вечером, как пылесос,
Вас засасывает метро.

Вот вы идете густой икрой,
Все, как один, на один покрой,
Люди, умеющие обувать,
Люди, умеющие добывать.

А вот идут за рядом ряд -
Ать -
ать -
ать -
ать, -
Пока еще только на парад,
Люди, умеющие убивать...

Но вот однажды, средь мелких дел,
Тебе дающих подножный корм,
Решил ты вырваться за предел
Осточертевших квадратных форм.

Ты взбунтовался. Кричишь: - Крадут!..-
Ты не желаешь себя отдать.
И тут сначала к тебе придут.
Люди, умеющие убеждать.

Будут значительны их слова,
Будут возвышенны и добры.
Они докажут, как дважды два,
Что нельзя выходить из этой игры.

И ты раскаешься, бедный брат.
3аблудший брат, ты будешь прощен.
Под песнопения в свой квадрат
Ты будешь бережно возвращен.

А если упорствовать станешь ты:
Не дамся!.. Прежнему не бывать!..
Неслышно явятся из темноты
Люди, умеющие убивать.

Ты будешь, как хину, глотать тоску,
И на квадраты, словно во сне,
Будет расчерчен синий лоскут
Черной решеткой в твоем окне.

(c) В. Лифшиц

Тишина библиотеки вздрагивает. Страницы шепчутся…

Добро пожаловать, в мой лабиринт из чернил и пергамента.

Угадайте, чей призрак скрывается за строчками: я дам вам *обрывки сюжета*, *намёк на автора* — а вы… станете детективами в мире, где книги *помнят больше, чем люди*.

🔥 Правила просты:
1️⃣ Первый, кто впишет в комментарии верные название книги и автора, получит *ключ от Секретной Полки* (там ждёт книга…).

Ошиблись? Не беда.
Ваши имена затеряются в сносках истории… Или станут новыми главами.

Суд начинается. Смелее — или страницы поглотят вас

Масть в масть не попасть
Раздать раздарить
Раскидать разорить
Без страха пропасть
Где страсти?
Где власть?
Где крики толпы?
Чумной, прокаженной, будильники в три.
Кому-то остаться, кому-то пропасть.
Кому-то истлеть от сутулой тоски. От первого крика к последнему вздоху - в тернистом а может бездонном пути.
Расти и дряхлеть, незаметно, но быстро.
Всё также мечтать перед сном о любви.
Ах раньше, ах раньше, вздыхают невежды
Не помню как будто, подробностей нет.
Есть только она, растлитель надежды.
Сказала вернётся, и выключит свет.

Вот и лето прошло,
Словно и не бывало.
На пригреве тепло.
Только этого мало.

Всё, что сбыться могло,
Мне, как лист пятипалый,
Прямо в руки легло.
Только этого мало.

Понапрасну ни зло,
Ни добро не пропало,
Всё горело светло.
Только этого мало.

Жизнь брала под крыло,
Берегла и спасала.
Мне и вправду везло.
Только этого мало.

Листьев не обожгло,
Веток не обломало…
День промыт, как стекло.
Только этого мало.

Арсений Тарковский

Еще не осень! Если я
Терплю, как осень терпит лужи,
Печаль былого бытия,
Я знаю: завтра будет лучше.

Я тыщу планов отнесу
На завтра: ничего не поздно.
Мой гроб еще шумит в лесу.
Он — дерево. Он нянчит гнезда.

Я, как безумный, не ловлю
Любые волны. Все же, все же,
Когда я снова полюблю,
Вновь обезумею до дрожи.

Я знаю, что придет тоска
И дружбу, и любовь наруша,
Отчаявшись, я чужака -
В самом себе я обнаружу.

Но в поединке между ним
И тем во мне, кто жизнь прославил,
Я буду сам судьей своим.
И будет этот бой неравен


Франтишек Грубин

Самое длинное предложение у русских классиков — 189 слов. Лев Толстой, вступление к повести "Два гусара":

В 1800-х годах, в те времена, когда не было еще ни железных, ни шоссейных дорог, ни газового, ни стеаринового света, ни пружинных низких диванов, ни мебели без лаку, ни разочарованных юношей со стеклышками, ни либеральных философов-женщин, ни милых дам-камелий, которых так много развелось в наше время, -- в те наивные времена, когда из Москвы, выезжая в Петербург в повозке или карете, брали с собой целую кухню домашнего приготовления, ехали восемь суток по мягкой, пыльной или грязной дороге и верили в пожарские котлеты, в валдайские колокольчики и бублики, -- когда в длинные осенние вечера нагорали сальные свечи, освещая семейные кружки из двадцати и тридцати человек, на балах в канделябры вставлялись восковые и спермацетовые свечи, когда мебель ставили симметрично, когда наши отцы были еще молоды не одним отсутствием морщин и седых волос, а стрелялись за женщин и из другого угла комнаты бросались поднимать нечаянно и не нечаянно уроненные платочки, наши матери носили коротенькие талии и огромные рукава и решали семейные дела выниманием билетиков, когда прелестные дамы-камелии прятались от дневного света, -- в наивные времена масонских лож, мартинистов, тугендбунда, во времена Милорадовичей, Давыдовых, Пушкиных, -- в губернском городе К. был съезд помещиков, и кончались дворянские выборы.

А все случилось очень просто...
Открылась дверь, и мне навстречу
Девчурка маленького роста,
Девчурка, остренькие плечи!

И котелок упал на камни.
Четыре с лишним дома не был...
А дочка, разведя руками,
Сказала: «Дядя, нету хлеба!»

А я ее схватил — и к звездам!
И целовал в кусочки неба.
Ведь это я такую создал.
Четыре с лишним дома не был...

Виктор Гончаров, 1945

На улице потеплело

А в сердце так же лед

О моей бездонной тоске

Никто никогда не прочтет

Не напишет в блокноте затертом
Полупьяный в ночи поэт
О моей бездонной печали
По тебе моя милая, нет

Нет лекарства от той болезни
Лишь одна глубина твоих глаз
Может быть для меня спасеньем
Не лишай их меня сейчас...

©

А знаешь, всего больше те люди шутят, у которых сердце ноет
(Максим Горький)

Bibliophage pinned «@muzzikalka музычка»

@muzzikalka музычка

прав был дед, на краю морском,
куда нам заплывать не следовало,
чёрт живёт, единясь с тоской,
с ним ночами конечно беседовала
та, кем сердце моё украдено,
ради глаз её бросил рай.
забирай, океанская жадина,
и корабль, и меня забирай.
всё равно уже самого ценного
нет со мною - отдать не смогу.
не получит никак море пенное
то, что брошено на берегу