Я сходил на «Крупный план» (1990) Киаростами и не могу про это не написать — потому что, мне кажется, это кино про искусство вообще.

Это кино про любовь. Каждый кадр полон любви к кино как медиуму и к искусству вообще. Я смотрю на эти цветы, которые герои везут в конце, и мне хочется плакать от этого чувства.

И боже, какой же большой контраст с циничным старперским постмодернистским искусством, которое притворяется веселым — элегантный способ сказать «я мудак». Да, фильм Киаростами — это очень «головное искусство», но это не делает его бесчувственным. (Я не понимаю этого противопоставления, кстати.) Киаростами картографирует свой медиум, показывает, что он видит, какого размера эта коробочка, как она устроена. С какой-то нежной и, может, немного лукавой улыбкой.

Кино и реальность. Документальность следов света на пленке. Кино политическое. Кино вторгается в реальность. Кино изображает — но и закрепляет — неравенство. Кино дает ложные ролевые модели. Кино переживает то, что ты не смог пережить. Кино играет на чувствах людей. И какая же огромная любовь к кино. Его любишь так сильно, что забываешь про все, за что его стоило бы ненавидеть.

Если кто-то спросит меня — что вообще художники делают, зачем, к чему это — неужели вы думаете, что вы делаете что-то социально значимое? Я скажу просто — смотри. Смотри «Крупный план». Я не смогу сказать ничего лучше