Убить зверя в себе или самому стать им? Фрейдовский психоанализ тяготеет к первому варианту. Но философ Оксана Тимофеева предлагает пересмотреть наследие психоаналитика — в своей новой книге, которая так и называется: Мальчики, вы — звери.

Тимофеева предлагает вернуться к трем «звериным» фрейдовским кейсам. Это маленький Ганс, панически боявшийся лошадей; человек-крыса, одержимый неврозом навязчивых состояний; и человек-волк, которого хищники раз за разом навещали во сне. Во всех трех случаях психологические дисфункции приобретали сексуальный оттенок. Или, другими словами, сама сексуальность становилась местом, где разворачивался душевный конфликт.

Но что, если настоящий источник наших неврозов и фобий — это не столько травмы, сколько нарушенные отношения идентификации со зверьми и звериным? Ведь дисциплинарные механизмы современного мира четко делят существ на людей и не-людей — то есть полноценных и неполноценных, достойных сочувствия и недостойных.

Социальные нормы и запреты, согласно Тимофеевой, производятся машинами маскулинностями (которые, по совместительству, оказываются еще и машинами войны и насилия). Лошадь бьют — и машина маскулинности предлагает соотнести себя не с лошадью, а с ее хозяином. А миф о царе Эдипе, столь важный для Фрейда, это на самом деле история о том, как машина маскулинности втягивает отца и сына в порочный круг превентивного насилия.

На самом деле, уверена Тимофеева, мы не можем не сочувствовать зверям — потому что мы и есть звери. А сексуальность — это всего лишь интерфейс, медиирующий животное (которые мы вытеснили) и социальное (то есть наличное). Зверь кричит — а сексуальность преобразует крик то ли в боль, то ли в наслаждение.

Хорошие новости в том, что, как пишет авторка, за сценой желания прячется не только насилие, но и любовь, связывающая нас с другими на каком-то базовом, животном уровне. А психическое расстройство — это не столько дисфункция, сколько несостоявшаяся любовь к другим.

Техники производства животных и животного — это основная тема нашего недавнего веб-зина. Обнаружить зверя в себе — это еще и раскрыть всевозможные фильтры и интерфейсы, эту звериность скрывающую. Поэтому вопрос о животных — неизбежно и вопрос о технике.