читаю англоязычную статью деколониальной исследовательницы Анны Энгельхардт и вижу "Madina Tlostanova, a notable decolonial scholar from the south of Russia". Мне всегда казалось, что Тлостанова из Москвы, а тут она - с Юга. Припоминаю, что Тлостанова писала о своем бэкграунде в книге "Деколониальные гендерные эпистемологи". Открываю книгу, там: "я родилась и живу в Москве" (стр 9). Возвращаюсь на сайт со статьёй Энгельхардт, открываю русскоязычную версию текста: "Выдающаяся деколониальная мыслительница Мадина Тлостанова". Юга нет. Впрочем, что такое the south of Russia? это же что-то довольно растяжимое и условное, воображаемое и искусственное, экзотическое и… колониальное? Или деколониальное? И почему ни в английской, ни в русскоязычной версии нет Москвы? Может быть во фразе "выдающаяся деколониальная мыслительница из Москвы" есть что-то неудобное для деколониального сознания? Или для деколониального бессознательного, которое, через описки и неточности, пытается вытеснить Москву и заменить ее неуловимым как сон югом?