Война

мы можем делиться дыханьем и голосом
но убийство здесь спаяно в нас
и желаем им тоже делиться

и клады его на земле уменьшаем
лишь уменьшая людей

и глаза создавая убийцам и умницам
ищет себя
уровень бога
и признав его знаки за знаки распада
служат свободе убийцы

— а самое для меня постороннее
пятнистая моя хохотушка
дочь моя ничтожная стенка
майнкампфова жена!

помещенная странно
словно срезанная обложка журнала

возникшая как марля от раны
и как прообраз
светлой суши воздушной обещанной в
летним утром открытыми окнами —

ты стала сама по себе
отвердела и стала доступной
для касания бога

и как все матерьялы годна среди нас
лишь для развязки событий

Геннадий Айги (1962)