В этом году я гораздо меньше писала, не к своей чести, не потому что экономила буквы, а потому что не могла производить смыслы. Я нечасто писала о чем-то очень личном, а в этом году личным стало все, а Берлина в моей жизни – все меньше. Из девяти месяцев, два я провела в Москве, Тбилиси, Валенсии и Штатах, проходила в каждом из них, каждый день по десятку километров, и кажется, навсегда потеряла романтический концепт “уехать в другой город, чтобы что-то про себя понять”, потому что философские открытия ждут меня обычном на где-то на двадцатом, и в уже в родном городе, пройти столько, кажется невозможным. Поэтому понять что-то и замедлиться, у меня не получилось ни в одном из этих городов, а как только зашла в квартиру, села на диван, и сразу все прояснилось – я дома, мне все понятно.

Моя знакомая написала, что не видит больше смысла оставаться в Берлине, и я сама каждый каждую осень ищу этот смысл. Особенно сильно я в нем нуждаюсь, когда становится холодно и серо, когда иду по улице и припечатываю себя мыслью – теперь это на полгода. Легко любить Берлин летом, а ты полюби его зимой, с его газовыми фонарями, пьяными мужиками у шпети, неприветливыми официантами и высоким процентом безработицы.

В этом году моему берлинству исполнилось десять лет. Я приехала сюда двадцатилетней, практически без денег и без знакомых. Еще нигде, кроме Москвы, я так надолго не задерживалась. Иногда я прохожу по местам, и думаю – а это было в прошлой жизни, но не в последней, потому что этих жизней как будто несколько. Я живу в городе, построенном на ветру и пытаюсь укротить хаос, а он только им и питается, и на нем держится. Не могу сосчитать, сколько раз в этом году, я разбирала кладовку, и сколько раз, я открывала дверь в нее заново, чтобы понять, что в ней ничего не изменилось. Но если открываю дверцу внутри себя, думаю, вот снова осень, и я без работы, но теперь в моей кладовке если не все по полочкам, то я хотя бы знаю, где что лежит.

Берлин – треть моей жизни, вторая родина моих неврозов. Я до сих пор чаще пользуюсь английским, чем немецким, подаюсь на работы в других городах Германии, там с этим как-то получше, оставляю велосипед у йога-студии на неделю, и искренне радуюсь, что его еще не украли. В Берлине точно не сбываются мечты, ну или не так топорно, как я думала, они сбываются, но иногда он подкидывает что-то такое – случайную встречу в метро, или улыбку, или книгу на улице, типа мол, давай, ты совсем уже меня со счетов не списывай, я не маг и не волшебник, я только учусь.