🍃«Очень успешный» Сахалинский эксперимент, от которого хотели избавиться власти, вновь пытаются продать, как венец работающего климатического регулирования.

В пятничной колонке для «Коммерсанта» спецпредставитель губернатора по вопросам климата и устойчивому развитию Милена Милич говорит о «качественном изменении поведения предприятий». Но чуть дальше содержится гораздо более важное признание: нормативная и методическая база требует совершенствования для масштабирования.

Это и есть главный итог. Регулирование пока нельзя масштабировать, потому что оно не готово к этому. Но при этом его уже предлагают считать образцом для других регионов и основой национального углеродного рынка.

Отдельно впечатляет «рынок» углеродных единиц. Объем фактических сделок остается крайне скромным по сравнению с общим количеством выпущенных и потенциально доступных единиц. Иными словами, предложение есть. Реестр есть. Методики есть. Цифровая платформа есть. Даже декларация о спросе есть. Не хватает только самого спроса.

Но и это, оказывается, не проблема. Если предприятия укладываются в квоты, то углеродные единицы покупать не надо, и это подается как признак эффективности регулирования.

Если единицы почти не покупают, значит, рынок нельзя оценивать исключительно по числу сделок. Если рынок существует преимущественно в реестре, а не в экономике, это, видимо, тоже следует считать признаком зрелости. Великолепная и очень удобная модель.

Сейчас сахалинская модель выглядит как климатический эксперимент в его наиболее чистом виде. Предприятия получили дополнительные обязанности и риски, регион — ограничения для роста, государство — витрину «углеродного рынка», а сам рынок получил главное достижение — право существовать почти без сделок.

И если регион, на котором этот механизм тестировали, просит прекратить тест раньше срока, возможно, это не повод выпускать новую колонку об успехах эксперимента. Возможно, это повод наконец спросить: а эксперимент точно работает так, как было обещано?

В курсе ли этих опусов вообще губернатор Лимаренко, или это лишь безудержный самопиар его спецпредставителя?

«Береги природу!»