[4/4]

В 2025 году директор ФБР Кэш Патель — заметим заодно, что до недавнего времени Патель вел собственный подкаст, что еще совсем недавно было бы немыслимо для главы такого ведомства — выступил с речью о новой внутренней террористической угрозе, которую описал туманным термином NVE, nihilistic violent extremism.

Когда я говорю о невозможности подобрать слова, то имею в виду как раз некоторые недружелюбные сообщества из этой сферы: CVLT, 764, No Lives Matter. На первый взгляд это нечто вроде интернационала озлобленных тинейджеров. No Lives Matter, к примеру, называют себя «детьми огня» и провозглашают свою миссию — формулировал ее, по-видимому, семиклассник — они намерены «убивать заурядных людей в каждом измерении, в которое будут мобилизованы».

В интернете эту и другие группы обычно описывают как «сатанистскую неонацистскую нигилистическую и садистскую сеть». Что должен значить этот бессмысленный набор прилагательных? Какие круги Эйлера мы собираемся здесь рисовать?

Очевидно, что попытка найти и обезвредить идеологов «сатанистского неонацизма» обречена на провал — их не существует, как нет и самой идеологии. Это не система убеждений. Это бунт, эпатаж. Башня дженга, сложенная из 54 табуированных тем.

Отвлекаться на эту пиротехнику не стоит — сатанисты, неонацисты, акселерационисты, черные флаги с арабской вязью, веселый роджер, заводной апельсин, джокер, чад и стэйси, уровни из кол оф дьюти, мало ли что там еще у этих эджлордов в головах. Гораздо важнее другое — сам принцип, по которому люди собираются вместе, изменился.

Сегодня интернет — это четыре сайта, на каждом из которых выкладывают скриншоты с трех других.

Поп-культура второй половины ХХ века была столь разнообразна и изобретательна, что у нас появилась ложная вера в ее неизменность. Никто и не думал, что этот источник может иссякнуть.

Симпатия, которую мы испытываем к мифологизированным декадам — о, восьмидесятые, о, девяностые — возможно, не столько ностальгия, сколько попытка сдвинуться с места, выйти из тупика, откатив последнее обновление. В этом смысле XXI век пока что больше всего напоминает грандиозные раскопки предыдущего, ХХ века.