Nebius дороже «Яндекса»: компания Аркадия Воложа заключила сделку с Microsoft почти на $20 млрд

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ THE BELL, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА THE BELL. 18+

Сегодня — знаменательный день день для Nebius. Компания Аркадия Воложа объявила о сделке с Microsoft: Nebius теперь будет предоставлять бигтеху вычислительные мощности под искусственный интеллект. Сумма сделки оценивается в $17,4 млрд в следующие пять лет, но может вырасти до $19,4 млрд, если Microsoft увеличит запросы.

Комплектацию своего нового дата-кластера в Вайнленде, Нью-Джерси, и резервирование ИИ-чипов под проект Nebius профинансирует средствами, полученными от самого соглашения, а также за счет заемных средств.

Акции Nebius на премаркете подскочили на 50%. Сейчас капитализация компании составляет больше $23 млрд. А значит новое детище Воложа стоит дороже российского «Яндекса», чья капитализация, по текущему курсу, составляет около $21 млрд.

Почему это важно

— Во-первых, контракт Nebius с Microsoft сразу выводит компанию в лидеры сектора неоклаудов — контрактуемых вычислительных мощностей, GPU-as-a-Service, — наравне, например, с CoreWeave с капитализацией в $46 млрд. При этом сумма контракта CoreWeave с Microsoft даже меньше — $10 млрд. Но у компании есть еще $12 млрд от OpenAI.

— Во-вторых, сделка подтверждает правильность ставки Воложа на узкое место ИИ-революции — доступные вычислительные мощности. О том, что процессоры и электроэнергия — бутылочное горлышко отрасли, The Bell год назад рассказал сам предприниматель — его интервью можно почитать здесь.

— В-третьих, это маркер окончательного разрыва бизнеса Воложа с российскими корнями. То, что нидерландская Nebius — продукт раздела «Яндекса», осталось лишь примечанием в статьях зарубежной прессы.

О том, что еще входит в зарубежную бизнес-группу Воложа, мы подробно рассказывали здесь. Примечательно, что для этой статьи, написанной чуть больше года назад, аналитики оценили всю Nebius Group примерно в $4-6 млрд (с учетом $2,5 млрд, полученных от тяжелого развода с Россией) — намного ниже, чем она стоит сейчас.