Кроме того, создание бундесвермахта упирается в ещё одну проблему. Небольшую, но важную – Германия не хочет усиливать армию, потому что исторически её не доверяет. Я об этом упоминал много раз. Рейхсвер участвовал в путчах двадцатых годов, вермахт устраивал покушения на Гитлера, а идеология бундесвера, основанная на Культе 20 Июля, прямо требует от него борьбы с неправедной властью. Конечно, ни одна из попыток германской армии бороться с государством не закончилась удачей, однако в Берлине к возможности мятежа относятся крайне серьёзно, держа вооруженные силы одновременно под колпаком спецслужб и идеологическим прессом. Каждый год тайная полиция отчитывается об обнаружении очередных «правых радикалов» в рядах бундесвера: негодяи рисовали пальму Африканского корпуса или пели какую-нибудь гадость, вроде «Панцер роллен ин Африка фор». Ну и как крепить оборону Фатерлянда, когда бундесвер кишит самыми плохими людьми в мире – нацистами?

При этом, отчёты тайной полиции и их медийное освещение, разумеется, полная ерунда. «Количество правых экстремистов в рядах бундесвера выросло почти на 50%», тревожно вещает пресса, после чего выясняется, что речь идёт о том, что в этом году «правых экстремистов» выявили аж 97 человек – против 62 в прошлом году. И это на 260 тысяч персонала бундесвера. Как вы понимаете, любой немецкий город с такими показателями уже давно бы получил медаль за превосходную борьбу со «враждебными Конституции идеологиями». Однако общество уже выучило, что люди в форме – поголовно фанаты Гитлера, которые в паузах между зигованием друг другу готовят «правый переворот».

В комментариях к статье пользователи начинают смутно догадываться, что корректного выхода из сложившейся ситуации нет. Добровольно в армию идут люди, среди которых процент «верабу» неизбежно выше нормы: «хочу водить танк, как прадедушка Генрих». Это плохо, так нельзя. Значит, нужно разбавить мотивированных забранными в армию насильно (призыв). Но это снижает общую мотивацию; кроме того, и до 2011 года плохие запрещенные традиции в бундесвере всё равно существовали. Значит, нужно убрать политику из армии полностью, как при кайзере-батюшке, когда солдатам даже голосовать было нельзя (что логично, так как идеальный солдат – это объект, биоробот скрупулёзно выполняющий приказ; понятно, что тостеру права голоса не полагается). Так тоже нельзя – получится рейхсвер, беспрекословно выполняющий команды штаба, включая мятежи и путчи. Значит, нужно ввести политзанятия и институт комиссаров, чтобы в промежутках между упражнениями по эффективному убийству своих ближних, солдатиков учили разумному, доброму, вечному. Как вы понимаете, тоже выходит какая-то ерунда.

Даже «конституционный патриотизм» Хабермаса тут не работает: допустим, человек пришёл в армию не поганый Фатерлянд защищать – он же не националист какой – а родную федеральную Конституцию и нежно любимые демократические ценности. Хорошо. Дальше правительство, допустим, объявляет, что на дворе опасный грипп, поэтому каждый обязан сделать прививку, надеть маску и сидеть дома. Солдатик, возмущенный столь грубым попранием Конституции и демократических свобод, идёт свергать тиранов и деспотов, как его учили в школе. После чего закономерно отправляется в тюрьму за попытку госпереворота как «правый экстремист» и отрицатель реально существовавших вещей. Армия в постмодерне – это ни разу не просто.

За прошедшие восемьдесят лет немцы научились заниматься тихим саботажем. Катастрофа ВМВ, а затем последующие сорок лет сидения на будущей линии фронта в роли «парня, который погибнет первым» изрядно прочистила мозги. Так что я продолжу настаивать на тезисе, что бундесвермахта не будет. Во-первых, он не нужен самой Германии, во-вторых, в текущей системе его просто не из чего сделать. Западная Европа имитирует бурную деятельность и выжидает, когда уйдёт нынешняя американская администрация (главная шутка этих выходных – что Трамп уже).

А опросники для молодежи – дело хорошее. Кто-то же должен таскать мешки с песком во время ежегодных непредвиденных наводнений. Оооууоуу, унзерe бундесвер!